С особым цинизмом

Алексей Тановицкий в гримеВ Пскове на прошлой неделе было проведено несколько корпоративных вечеринок с участием лучших музыкантов России. На все это ушло почти пятьдесят миллионов рублей.

Корпорацию можно называть как угодно. Например, «Единая Россия». Или вообще не называть. Но важно иметь в виду: обычные зрители оказались на этих мероприятиях неуместными. Их вынесли за скобки и сократили.

После того как все это закончилось, начали говорить о том, что опера «Псковитянка», показанная в Псковском Кремле, не соответствовала уровню Большого театра. Я с этим не согласен.

Во-первых, уровень нынешнего Большого театра не соответствует статусу Большого театра. Во-вторых, в художественном смысле Алексей Тановицкий без гримаМариинский театр пока что Большой театр превосходит. В-третьих, объединенные силы Большого и Мариинского театра, принявшие участие в псковской постановке, выглядели очень внушительно именно с  художественной точки зрения.

Два лучших театра страны ненадолго объединились, чтобы показать в Пскове масштабный спектакль на открытом воздухе. Не менее грандиозное объединение произошло и на следующий день в Большом концертном зале Псковской областной филармонии. На одной сцене выступали Национальный филармонический оркестр России во главе с Владимиром Спиваковым, пианист Денис Мацуев и певица Хибла Герзмава. Как сказал директор филармонического оркестра Георгий Агеев, если бы такие музыканты приехали на фестиваль Валерия Гергиева «Белые ночи» в Санкт-Петербург, то их бы распределили по трем площадкам, потому что любой из них – звезда мирового уровня и выпускать их на одну сцену - нерационально. Каждый из них с легкостью соберет полный зал.

Так что тем, кто попал в псковскую филармонию 23 июля, - втройне повезло. 

Итак,  силы в Пскове собрались внушительные. Внушительными были и трудности, с которыми столкнулись постановщики «Псковитянки». Ужасная акустика, тяжелые погодные условия, бестолковое местное руководство культурой… После таких организационных провалов господа Демьяненко и Голышев должны были бы Вид на зал со сценысрочно и навсегда освободить властные кабинеты. Но так они принадлежат к той самой корпорации, то их уход совсем не предрешен.

Для демонстрации неуважения в Псковском кремле потребовалось 36 миллионов рублей. Продемонстрировать свое неуважение за меньшую сумму эти люди неспособны. Они – птицы слишком высокого полета и гадят свысока.

Музыканты, принимавшие участие в концерте 23 июля, вообще попали в самое пекло. Кондиционеров в филармонии нет. Не оказалось их и в номерах гостиниц. Они как люди культурные, конечно же, постарались сделать так, чтобы их претензии не прозвучали громко. Но прием в Пскове они запомнят надолго.

Надолго запомнят корпоративные вечеринки и журналисты. Работа с прессой, если сравнивать ее с прошлогодним музыкально-театральным фестивалем Crescendo, сделала гигантский шаг назад. Попытки организовать нормальные встречи с музыкантами срывались одна за другой. А главным итогом стал полный запрет присутствовать на концерте с участием Спивакова и Мацуева.

В качестве компенсации журналистам в последний момент предложили прийти на репетицию, которая к тому времени уже шла. Но репетиция – это не концерт. Там звучали, в основном, отрывки. Музыканты, разумеется, прерывали игру, сверяли ноты… Царь занят

Но и открытой репетиции могло бы не быть, если бы не координатор из Москвы. Он в свое время попытался приводить на концерты великих музыкантов детей-инвалидов и столкнулся с неприятием со стороны российских филармоний. Руководителям филармоний очень не выгодно, чтобы на доходных концертах места занимали какие-то уродливые дети. Они не принадлежат корпорации, у них нет денег, они – лишние во всех смыслах.

Таким образом, отчаявшись найти общий язык с руководителями филармоний, координатор немедленно нашел общий язык с Владимиром Спиваковым. Таким образом, детей-инвалидов стали пускать на репетиции. В Пскове был почти полный зал, человек семьсот. Кроме детей там находились еще и те любители музыки, которым не достались билеты на концерт. В своем роде – тоже инвалиды, то есть не принадлежащие к корпорации избранных. Наша элита относится к таким людям как к неполноценным.

Большинству настоящих любителей музыки билеты на Спивакова и Мацуева не достались. В свободной продаже их почти не было. Позднее билеты перепродавали с рук, но в итоге зал все равно на 2/3 заполнили те, кому до классической музыки дела нет. Они явились на престижное мероприятие.

Та же история с оперой «Псквитянка».  Если бы таким VIP-персонам показали 4-часовую версию этой оперы, то они бы сдохли от тоски, и город одновременно лишился бы всей своей элиты. Так что режиссера-постановщика Юрия Лаптева можно поблагодарить за гуманный подход.

И все-таки приезд Большого театра или Владимира Спивакова в Псков – важное культурное событие. Отказываться от масштабных проектов нельзя. Если к нам регулярно будут приезжать великие музыканты, то музыкальные вкусы публики неминуемо станут меняться в лучшую сторону. Повысится требовательность, в том числе и к местным исполнителям. Уровень будет расти. Однако это произойдет только в том случае, если местные организаторы откажутся от корпоративного подхода. Но прежде надо отказаться от этих организаторов.


Временный вечевой колоколЦАРЬ-КОЛОКОЛ, «Псковская правда – Вече»


Несколько дней подряд федеральные каналы транслировали культурные новости из Пскова

Более подходящей культурной акции, чтобы отметить 500-летие вхождения Пскова в состав Московского государства, быть не могло.

«Псковитянками» не рождаются

Псков присоединился к Москве в 1510 году. До рождения Ивана IV (Грозного) оставалось еще 20 лет. Но автор пьесы «Псковитянка» Лев Мей решил усилить эффект и совместить два разных события. Двадцатисемилетний Римский-Корсаков, опираясь на буйную фантазию Мея и опыт Чайковского и Мусоргского (они помогали ему писать либретто) сотворил свою первую оперу «Псковитянка». Причем, опера имела три редакции, появлявшиеся в течение двадцати с лишним лет.

Постановщики «Псковитянки» в Псковском кремле, видимо, тоже пошли путем Римского-Корсакова. Так сказать, «первая редакция» была во время генеральной репетиции 21 июля. «Вторую редакцию» (значительно улучшенную) представили 22 июля. Следующие «редакции», учитывая объективные и субъективные трудности, появятся в будущем. Предполагается, что в Псковском кремле ежегодно будет проходить оперно-музыкальный фестиваль на открытом воздухе. И открываться он будет «Псковитянкой».

Режиссер-постановщик Юрий Лаптев «пощадил» массового зрителя и вместе с помощниками сократил оригинал вдвое. С полным концертным вариантом «Псковитянки» желающие могли ознакомиться прошедшей весной в БКЗ Псковской областной филармонии. Партию Ивана Грозного там тоже исполнял солист Мариинского театра Алексей Тановицкий. Он и без грима, войдя в образ, внушал уважение и страх. А когда он, благодаря гримерам, превратился в царя (сравните с фото Шаляпина в этой роли), то по-настоящему сделался грозен.

Лучшая, на мой взгляд, сцена в кремлевской «Псковитянке» была с участием Ольги (солистка Большого театра Екатерина Щербаченко). В сцене у дерева получилось все, включая работу осветителей. Несмотря на свое рязанское происхождение, Екатерина Щербаченко с этого момента стала настоящей псковитянкой.

На конеИван Грозный в Псковском Кремле

Псков в начале XVI века был город вольный. Вот и постановщики из Большого театра проявили некоторую вольность, выпустив на сцену реконструкторов, облаченных в доспехи более ранней эпохи. Но подобное в театрах – обычное дело. Гамлета, например, режиссеры, вообще заставляют сражаться на шпагах и переносят на несколько веков вперед. Что уж говорить об опере, где чрезмерные условности неизбежны.

Было опасение, что Иван Грозный, живший в XVI веке, возле нынешнего Троицкого собора, построенного в конце XVII века, будет выглядеть не очень уместно. Опасения, благодаря густой листве, скрывающей от зрителей купола собора, не сбылись. То есть собор подразумевался, присутствовал, ощущался, но был виден не со всех мест и не нависал над сценой, появляясь только на большом экране. А исполнитель роли Ивана Грозного Алексей Тановицкий был «на коне» даже тогда, когда сходил на землю.

Иван Грозный и Псковитянка ОльгаОчень непросто было работать со звуком. Живой оркестр (дирижер Александр Поляничко), живые голоса, огромные пространства, непредсказуемая акустика, пушки, кони, птицы… Мимо моего уха прожужжала стрекоза, и тут же в небе, словно стрекоза, увеличенная до размеров самолета, возник «кукурузник», четыре раза прошумевший над Кремлем. Все это вместе могло привести к непреодолимым трудностям. Но звукорежиссеры справились. Сравните с тем, какой звук был на Октябрьской площади вечером 24 июля на концерте поп и рок-музыкантов, и вы поймете, что Большой театр и здесь не подвел.

Культурная почва

Улучшить видимость оказалось гораздо сложнее. Своеобразная рассадка зрителей привела к тому, что многие (за два дня на опере побывало около 8 тысяч человек) смотрели Большой театр на Большом экране. Организаторы извинились и объявили, что в будущем ошибки исправят, изменив «геометрию зрительного зала».Конец псковской вольницы

Учитывая условный жанр оперы, от исторической, музыкальной и литературной правды постановщики далеко не отошли. Псковскую вольницу приструнили. Звонницу с вечевым колоколом эффектно сожгли. Декорации соорудили убедительные. Даже псковитянку Ольгу не пощадили и убили, хотя убивать ее прямо в Псковском кремле на глазах псковичей было вдвойне жалко.

Судя по обещаниям организаторов, Иван Грозный теперь будет приводить свои войска в Псков регулярно. С той же регулярностью турагентства сюда же станут привозить туристов. Это - благородная попытка поставить туристов и жителей Псковской области на  культурную почву. Для того чтобы на этой почве выросло что-то по-настоящему полезное и многолетнее, должно пройти некоторое время.


ПОТЕРЯ ПОДАЧИ, или ФАЛЬШИВЫЕ НОТЫ, ПЛН

«Ольга (заламывает руки):

     Ох, если б мне связали руки - ноги
     Да прикрутили б к конскому хвосту -
     Не видела б, не слышала...

Стеша: Чего?

Ольга: Московского прихода...»

«Псковитянка», Лев Мей

Денис Мацуев перед концертом в Пскове«Голый, зато в шляпе». Это была первая мысль, когда весной объявили, что постановка оперы «Псковитянка» обошлась областному бюджету в 36 миллионов рублей. Позднее к этому добавились 4 миллиона на премию «Хранители наследия», 6 миллионов на концерт с участием Владимира Спивакова и Дениса Мацуева...

Что делать «голому» дальше? Вариантов немного. 1) Снять шляпу с головы и прикрыться ей. 2) Снять шляпу и не прикрываться. 3) Одеться полностью, подобрав к шляпе соответствующий костюм.

Псковская область сейчас находится перед выбором. Можно изображать из себя интеллигента – без трусов, но в шляпе. Можно превратиться в варвара. Или все-таки остепениться. Ставить себе недостижимые цели и, вопреки всему, достигать их.

Мелкие бесы

Масштабные оперные постановки – искусство, по преимуществу, имперское. Ему нужен размах. Большому государству необходим Большой театр и большие постановки. Но особенность нынешнего времени в том, что Большое государство внутренне измельчало и лишние заботы с себя сбрасывает.

В случае с «Псковитянкой» имперское искусство приходится поддерживать региональному бюджету и местным спонсорам, которым настойчиво советуют полюбить оперное искусство. Это подчеркивает слабость государства. Осталось только разобраться: подчеркивает ли это силу Псковской области?

Заявлено, что в Пскове может появиться ежегодный оперный фестиваль на открытом воздухе. Кроме того, у нас ежегодно будет начинаться музыкальный фестиваль Crescendo. Если идея не сгниет на корню, то в перспективе это может принести Псковской культуре пользу. Быть одним из центров общероссийской культурной жизни значительно лучше, чем устраивать представления в духе «Сказа о Пскове». В лубочной атмосфере всевозможных «Сказов…» могут появляться только уродливые псковские карнавалы и «Всероссийские масленицы».

Но псковская особенность в том, что культуру у нас часто преподносят настолько некультурно, что со стороны часто не понятно – то ли это высокая культура, то ли в носу ковыряются.Псковские десантники готовятся к выходу

В атмосфере таинственности

23 июля в БКЗ Псковской областной филармонии состоялся концерт Национального филармонического оркестра России (дирижер Владимир Спиваков) с участием Дениса Мацуева (фортепиано) и Хиблы Герзмавы (сопрано). Продажа билетов проходила в атмосфере повышенной таинственности. Непосвященный мог подумать, что к  распространению готовятся не билеты, а нелегальные листовки. Назывались разные даты начала продажи. Никаких объявлений возле кассы, разумеется, не было. Люди по нескольку раз приходили в филармонию и получали противоречивую информацию (вчера еще не было, а сегодня – уже нет).

ВЫБРОС случился  как-то вдруг. Так происходит, когда динамитом глушат рыбу, и она разом кверху брюхом всплывает на поверхность.

В итоге «всплыли», по разных данным, от 110 до 250 билетов. Их, по словам кассира, распродали за два часа в самый разгар рабочего дня (с 13.00 до 15.00).

«Сколько было билетов в свободной продаже?» - спросил я кассира. - «250». – «А где все остальные?» - «Распределены по предварительным заявкам из районов и организаций».

Но люди, не имеющие отношения к «районам» и «организациям», продолжали, проявляя несознательность, приходить в кассу и задавать глупые вопросы: «Когда будете продавать билеты?» Когда-когда… Никогда. В конце концов, все заканчивалось возгласами кассира: «Надоели вы со своим Мацуевым!»

По-моему, «мы» и «наш Мацуев» надоели не только кассиру. Можно обойтись и без нас. Это, видимо, и называется элитарным искусством.

Кадровый голод

Бои местного значенияПосле того как множество людей, побывавших на «Псковитянке» в Псковском кремле заявили, что ничего не видели, мне стыдно признаться: я видел все. Повезло, что достался 15 ряд 37 место. Случайность. Именно оттуда, оказывается, были видны все без исключения сцены из оперы. Кроме того, слева удобно был расположен большой экран. Тем, кто сидел ближе, на экран надо было коситься. А смотреть на большое искусство искоса не всегда правильно.

Постановщики оперы сделали за сутки, прошедшие после генеральной репетиции, огромный шаг вперед. То, что можно было исправить – исправили. Особенно это касается работы осветителей, операторов… Очень сильным был концертмейстер, работавший с солистами (Ирина Соболева). Но есть вещи, которые исправить невозможно. В первую очередь это мозги тех, кто мыслит категориями «элита» и «все остальные». Все остальные – это массовка, в том числе и обыкновенная публика. В этой Всероссийской опере главные партии исполняют не солисты Большого и Мариинского театра, а люди покрупнее. У них нет голоса и слуха, зато есть нюх. Хотя, кажется, что некоторые и его уже потеряли.

У нас часто так бывает: все видно, но смотреть не на что.

Противоположный вариант: ничего не видно, но это надо было видеть.

Совместить одно и другое удается редко. На этот раз не удалось.

На следующий день Денис Мацуев, побывавший на «Псковитянке», на пресс-конференции скажет: «Идея, исполнение и постановка были блистательны. Поэтому вдвойне обидно, что это не снималось…» В общем, в кадр Псков не попал (не считая сюжетов в новостях). Что вы хотите, кадровый голод.

Предполагалось, что канал «Культура» покажет «Псковитянку» в прямом эфире, а позднее, после монтажа и дозаписи, сделают фильм. Сорвалось.

На эту тему я перед концертом Национального филармонического оркестра перебросился несколькими фразами с музыковедом и телеведущим Святославом Бэлзой.

- «Псковитянка» снималась только на две камеры, - объяснил Святослав Бэлза.

- Так можно считать, что съемка прошла или нет? – уточнил я.

– Она не для показа.

- Или для закрытого показа…

- Да, для передачи Гордона, - печально улыбнулся Святослав Бэлза.Пушки на Псковитянке

Собственно, и все остальное – для закрытого показа. Исполнительская культура была, а культуры подачи – нет.

Если  выражаться еще точнее: шла нескончаемая информация о событии. Задействовали федеральные телеканалы и информагентства. В этом смысле, главная цель достигнута. Внешняя культурная политика области – в действии. Страна увидела, что в Псковском кремле могут гореть не только настоящие башни, но и декоративные звонницы. И все это не под звуки пожарных сирен, а под музыку Римского-Корсакова.

Если же говорить по существу, то произошедшего пока недостаточно, чтобы говорить о высокой культуре всерьез. Все знали об опере, многие знали о приезде Спивакова и Мацуева, самые фанатичные любители классики могли без запинки произнести «Хибла Герзмава», но по-настоящему увидеть и услышать их удалось немногим. И не то что бы это какой-то отдельный недочет.

Просто это ОБЫЧНОЕ отношение к людям в необычных обстоятельствах. То, что на менее масштабных мероприятиях не так бросается в глаза, на этот раз стало очевидно всем.


ОПЕРАтивная реакция

Гори все красным пламенемТак что же делать «голому в шляпе» дальше? Самый предпочтительный вариант: одеться полностью, подобрав к шляпе приличный костюм. Руководители области, впустив «Псковитянку» в Кремль, подняли не столько культурную, сколько финансовую планку на такую высоту, что следующим шагом должна быть масштабная помощь местной культуре. Соблюдая масштабы и пропорции, и ориентируясь на оперные расходы.
 
Иначе разрыв между внутренней и внешней культурной политикой будет настолько огромным, что псковичам вечно придется выбирать между Большим театром (раз в год по завету) и ежедневной малохудожественной самодеятельностью.

 Нет, не зря отец Ивана Грозного Василий III присоединил Псков к Московскому государству. Голос отдельного псковича постепенно растворился в общероссийском хоре. Иван Грозный тоже был большой мастер устраивать массовые сцены на открытом воздухе в присутствии первых лиц. Царь предпочитал не обращать внимания на недовольных, которым вечно «ничего не видно» и «никаких билетов не достается». Иван Грозный многим обеспечил места в первый ряд, а то и прямо на плаху. В результате настало Смутное время. Но это уже тема другой оперы - «Борис Годунов» еще одного нашего земляка, Мусоргского.

Посетивший Псков в эти дни вице-премьер Александр Жуков, отвечающий за проведение Олимпиады в Сочи, в душе, наверное, посмеялся над скромным 36-миллионным размахом. На Олимпиаду потратят не менее 186 миллиардов рублей. Культура вложения  гигантских денег в масштабные проекты поднята в современной России на небывалую высоту.

 

Фото: Андрей Степанов (pravdapskov) и Алексей Семёнов

 

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий