Сила удивления. Перельман

Яков ПерельманСчитается, что автором понятия «научная фантастика» является то ли Форрест Джей Акерман, то ли Соломон-Яков Перельман. Это кому как нравится. В России и СССР о Перельмане слышали многие, а об Акермане (американском писателе-фантасте, актёре и литературном агенте) там мало кто знал. Зато Акерман являлся литературным агентом писателей, которых знали всюду - Айзека Азимова, Рэя Брэдбери, Рона Хаббарда...

«Завтрак в невесомой кухне»

Но российско-советский Перельман родился намного раньше американского Акермана и к тому времени, когда Акерман только начинал свой путь, Перельман умер в блокадном Ленинграде. 

Научная фантастика, разумеется, появилась намного раньше, чем сам этот термин. Молодой автор Яков Перельман ориентировался на лучшие образцы конца XIX - начала XX веков и сам стал автором нескольких небольших произведений в фантастическом жанре: «Опыт профессора Парсона», «Погибшее открытие», «Завтрак в невесомой кухне», «Ковёр-самолёт», «История одного интервью». Но не они его прославили.

Термин «научно-фантастический» появился у Перельмана в 1914 году. Он опубликовал дополнительную главу к роману Жюля Верна «Из пушки на Луну» с подзаголовком «научно-фантастический рассказ». Никто до него в такой связке эти слова письменно не употреблял (Герберт Уэллс предпочитал называть свои романы фантастическими, а Жюль Верн - научными).

Впрочем, дотошный любитель терминов обязательно вспомнит статью Александра Куприна «Редьярд Киплинг», опубликованную в 1908 году. В ней есть такие строки: «...бесконечно увлекательный, умный, изобретательный Уэллс всё-таки имел предшественников в лице многих авторов фантастически научных путешествий и приключений...»

И всё же связка «научно-фантастический» по отношению к литературному произведению, по-видимому, впервые появилась у Якова Перельмана.

Соломон-Яков Перельман (или просто Яков Перельман) в 1914 - 1917 годах публиковался под псевдонимом А. Числов в журнале-приложении «Мир приключений». Старший брат Иосиф Перельман, публиковавшийся под псевдонимом «Осип Дымов», был известнее. Печатался в «Сатириконе» и «Аполлоне», сочинял романы, стихи, пьесы. Пьесу Дымова «Каин» в Полтаве в 1906 году поставил силами Товарищества новой драмы Всеволод Мейерхольд.

Литературные критики Дымова иногда довольно сильно покусывали.

Александр Амфитеатров написал о старшем брате Якова Перельмана: «О. Дымов, несомненно, даровит. Но, к сожалению, его дарование вывихнуто в погонях подражательности до почти полной уже невозможности говорить с читателем попросту, без кокетливых ужимок, гримасок и заученных поз».

А вот Корней Чуковский в «Одесских новостях» по поводу его книги «Солнцеворот» был мягче: «Дымов импрессионист... Дымов философ...»

Судя по мемуарам Иосифа Перельмана, жизнь в разные времена и в разных странах сводила его с Альбертом Эйнштейном, Германом Гессе, Стефаном Цвейгом, Михаилом Чеховым, Шоломом-Алейхемом, Айседорой Дункан, Алексеем Толстым, Леонидом Андреевым... Во многом это связано с тем, что старший брат эмигрировал из России ещё до революции, долго жил во Франции, а умер в Нью-Йорке.

Что же касается младшего брата, то он остался в России. Один из многочисленных его псевдонимов был «Я. Недымов».Перельман

Был в их семье и ещё один человек, связанный с литературой - музыкальный критик и публицист Яков-Вольф Эрлих (друг и соратник Владимира Гиппиуса, Александра М. Добролюбова и Валерия Брюсова). Он был дядей братьев Перельманов.

Старший брат - ещё когда жил и работал в России - тоже пытался популяризировать науки. В основном, не точные, а гуманитарные. Одно из самых известных произведений, в написании которого принимал участие Дымов, - «Всеобщая история, обработанная "Сатириконом"». О «Древнем мире» написала Тэффи, «Новое время» взял на себя Аркадий Аверченко, а «Средние века» достались Осипу Дымову.

Опыт написания научных очерков у него имелся с юности - когда Перельман-Дымов печатался в журналах «Природа и люди» и «Вокруг света». Но «Недымов» зашёл значительно дальше Дымова, в том числе и в журнале «Природа и люди» (аналоге «Науки и жизни»).

Для Иосифа Перельмана популярное изложение научных фактов было скорее редакционным заданием или подработкой, а вот для Якова Перельмана стало делом всей жизни.

«Занимательная физика», «Занимательная арифметика», «Занимательная алгебра», «Занимательная механика», «Живой учебник геометрии», «Физика на каждом шагу», «Весёлые задачи. Две сотни головоломок», «Фокусы и игры»...

Занимательности ему было не занимать.

«Автор давно известен своими популярными, остроумными и вполне научными работами»

Супруги ПерельманыЖена Якова Перельмана Анна Каминская несколько лет жила и работала в Пскове. Это были самые голодные годы - с 1918 по 1921. Из голодного Петрограда в Псковскую губернию перебирались тогда многие. Анна Каминская была врачом. Сам Яков Перельман в Псков не переехал, но старался приезжать часто. «Много часов автор "Занимательной физики" провёл в поездках во Псков и обратно, - написала краевед Элла Бельская. - В пути он обдумывал дополнения к "Физике", составлял задачи».

Если Иосиф Перельман был знаком с Эйнштейном, то Яков Перельман - с Циолковским. «Автор давно известен своими популярными, остроумными и вполне научными работами по физике, астрономии и математике, которые, кроме того, написаны прекрасным языком и очень удобочитаемы», - написал Константин Циолковский в предисловии к книге Перельмана «Межпланетные путешествия». 

«Удобочитаемость», - это то, что отличало Перельмана от большинства других отечественных авторов, связанных с наукой. Перельман старался не только точно изложить, но и увлечь.

Причём некоторые его научно-популярные книги выглядели словноПерельман это научная фантастика. Берём его книгу, изданную в 1923 году -  «Межпланетные путешествия». Среди оглавлений: «К звёздам на ракете», «Продолжительность небесных полётов», «Полная невесомость» (и это уже было четвёртое издание книги, первое появилось в разгар Первой мировой войны - в 1915 году).

«Заметьте существенные преимущества, которыми обладает "Ракета" К. Э. Циолковского по сравнению с пушечным ядром Жюля Верна, - писал за сорок с лишним лет до первого полёта человека в космос Перельман. - Ракета развивает свою чудовищную скорость не сразу, как пушечное ядро, а постепенно, избавляя пассажиров от опасности быть раздавленными стремительным возрастанием их собственного веса.

Не опасно для "Ракеты" и сопротивление воздуха: она может прорезать атмосферу не со столь большой скоростью и, лишь очутившись высоко над землей, за пределами воздушной оболочки, развить полную "межпланетную" скорость. А затем в мировом просторе работа двигателя (т.-е. истечение газов) может быть совершенно прекращена: "Ракета" будет лететь по инерции со скоростью, которая была достигнута в последний момент...»

Циолковский был эксцентрик (некоторые считали его безумцем). А вот Перельман, в отличие от Циолковского, вёл себя сдержанно, пользовался и влиянием, и популярностью. Работал ответственным секретарём иллюстрированного журнала искусства, науки и литературы «Природа и люди», дослужился до главного редактора и создал журнал-приложение «Мир приключений» (в первых номерах в 1910 году была опубликована «Война миров» Уэллса - тогда название перевели как «Борьба миров»). В обоих изданиях он активно печатался, выбирая для своих текстов разные псевдонимы, не слишком скрывающие его личность: «П. Я-в», «П. Рельман», «Я. Лесной» (оба брата Перельмана закончили Лесной институт), «П. Сильвестров», «Цифиркин»...

Занимательность в книгах Перельмана связана не только с формой подачи, но и с практической пользой. Многие названия глав в «Занимательной физике» звучат как советы. Простой способ разоблачать подделки. Лучшее место в кинотеатре. Слуховые обманы. Как надо прыгать из движущегося вагона. И даже «Поймать боевую пулю руками».

«Эта книга дала мне правильное направление в моём увлечении космическими полётами»

Яков Перельман популяризировал не только науку в широком смысле, но и конкретное учение. О чём позднее рассказывали создателиПерельман отечественной космонавтики. «Эта книга дала мне правильное направление в моём увлечении космическими полётами, - рассказывал академик Валентин Глушко (основоположник советского жидкостного ракетного двигателестроения) о книге Перельмана «Межпланетные путешествия». - Так я впервые узнал о работах К.Э.Циолковского. В ней я нашёл его адрес и с 1923 года завязал с ним переписку».

Одесскому студенту музыкальной академии Валентину Глушко в 1923 году было 15 лет, но начитавшись Верна и Перельмана, он задумался о полётах в космос.

Но до полётов в космос, несмотря на большой энтузиазм, свойственный той эпохе, было ещё далеко. Увлечение наукой в СССР соседствовало с поиском внешних и внутренних врагов.

В марте 1938 года Глушко, автора работы «Жидкое топливо для реактивных двигателей», арестовали как «врага народа» (через несколько месяцев арестовали и другого «врага народа» - будущего конструктора ракетно-космических систем Сергея Королёва (он шёл по расстрельной статье, но получил 10 лет и 5 лет поражения в правах). Глушко получил 8 лет.

За несколько лет до ареста Королёв написал Перельману: «Ваши книги я всегда читаю с большим удовольствием».

Глушко и Королёв пережили тюрьмы и лагеря. И Вторую мировую войну тоже пережили - в отличие от Перельмана и его семьи. Родившийся в 1919 году в Пскове сын Михаил погиб под Ленинградом в 1941 году. Жена умерла от истощения в блокадном Ленинграде - в госпитале в день своего дежурства в январе 1942 года. Через два месяца от истощения в Ленинграде умер и Яков Перельман.

«Мы рано перестаём удивляться»

Книги Якова Перельмана ценили не только потому, что он вместе с учёными заглядывал в будущее. Он не только «возносился», но и «приземлялся», то есть рассказывал занимательно о вполне земных вещах. Например, о падении кошки. Почему она успевает приземляться на лапы? Существовала версия, что кошка ещё до прыжка отталкивается и поэтому поворачивается в воздухе так, как ей надо.

Перельман«Однако простой опыт показал, - рассказывал Перельман, - что кошка так не поступает: привязывали кошку четырьмя шнурками за лапы к потолку, на некотором расстоянии от: пола, и затем быстро разрезали шнурки...»

«Характером Перельман отличался весьма спокойным, ровным и тихим, - написал в 1901 году в характеристике инспектор Белостокского реального училища об ученике Якове Перельмане. - За последние два года Перельманом прочитано значительное количество книг, из коих две трети научного содержания. По своему умственному развитию Перельман выделяется из среды своих товарищей».       

Среди других популяризаторов науки Перельман тоже потом выделялся.

К началу тридцатых годов Яков Перельман стал самым популярным автором среди популяризаторов науки. Его главный литературный принцип основывался на удивлении. В каком-то смысле он был научный артист, выходящий к публике. Перельман не мог допустить, чтобы публике (читателям) стало скучно.

Важно, что интонация его была не крикливая. За сенсациями он не гонялся. Человек науки не может быть чрезмерно суетлив. В то же время, ещё хуже быть скучным.

Перельман считал: «Мы рано перестаем удивляться, рано утрачиваем способность, которая побуждает интересоваться вещами, не затрагивающими непосредственно нашего существования...».

Усилиями Перельмана удивляющихся людей стало намного больше - миллионы. Общий тираж его книг только на языках народов СССР был больше 15 миллионов. Книги перевели на 20 языков мира. А книг этих - больше ста. Как правило, изданных и переизданных десятки раз с авторскими дополнениями и уже без них.

Сохранилась стенограмма встречи советских писателей с Гербертом Уэллсом. Она состоялась в 1934 году в ленинградской гостинице «Астория».Перельман

Отвечая на высказывание писателя-фантаста Александра Беляева, Уэллс произнёс: «У нас, любезный коллега, совершенно разные подходы к оценке сюжета. Я исхожу из всечеловеческого добра. Вы видите во всём лишь классовую борьбу...»

И тут к разговору подключился Яков Перельман: «Я опасаюсь, что ваш превосходный роман "Борьба миров" в подтексте тоже имеет в виду классовую борьбу». «Возможно, возможно, - неохотно согласился Уэллс. - Простите, не вы ли тот самый Джекоб Перлман, который столь своеобразно интерпретировал мои произведения? Я читал вашу "Удивительную физику" - так она именуется в английском переводе». - «Тот самый...». «...который так ловко разоблачил моего "Человека-невидимку", указав, что он должен быть слеп, как новорождённый щенок, - засмеялся Уэллс. - И мистера Кейвора за изобретение вещества, якобы свободного от действия земного тяготения...» - «Каюсь, было так, было... Но ведь от этого ваши романы не стали хуже». - «А я, признаться, так тщательно старался скрыть эти уязвимые места моих романов от взора читателей! Как же это вам удалось разгадать мои секреты?» - «Видите ли, моя специальность - физика. Кроме того, я ещё и популяризатор».

Если вы хотите знать, на какой половине земного шара - ночной или дневной - люди вокруг Солнца двигаются быстрее, то вам надо обратиться к творчеству Якова Перельмана.

 

 

 

 

Алексей ВЛАДИМИРОВ