Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 2021 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Забытая книга. Часть V

Поляков(Продолжение. Начало в №№ 555-558). В 2004-2020 годах в разных изданиях были опубликованы десятки статей, посвящённых современной литературе: рецензии, репортажи, интервью... Евгений Водолазкин, Даниил Гранин, Алексендр Генис, Дмитрий Быков, Вера Полозкова, Мариэтта Чудакова, Михаил Елизаров, Андрей Дмитриев, Игорь Золотусский, Алексей Иванов, Илья Стогов, Александр Архангельский, Виктор Ерофеев, Андрей Арьев, Бенгт Янгфельдт, Ник Харкэвэй... Всё это составило «Забытую книгу», первая часть которой публикуется здесь.

Автор.

 

57.

КОД РАЗВИТИЯ

(«Горордская газета», 2007 г.)

Смешная штука

Юрий Поляков из тех писателей, которым башня из слоновой кости противопоказана. Он предпочитает ходить по земле. Известен стал двадцать лет назад, когда были опубликованы его повести «Сто дней до приказа», «Работа над ошибками», «ЧП районного масштаба»... Сейчас любая взорванная в центре города бомба произведёт эффект значительно меньший, чем изданные во времена ранней перестройки три небольшие повести. С тех пор им изданы десятки книг. Я знаю людей, которые искренне считают его лучшим писателем современности. Это, конечно, дело вкуса. Но книги его действительно не то, что раскупаются, а расхватываются. Переиздание следует за переизданием. По его книгам снимаются фильмы, пишутся пьесы. Как раз из театра Юрий Поляков и приехал на Московскую книжную выставку-ярмарку.

«Я только что из театра «Сатиры», где идут две мои пьесы - «Хомо Эректус» и «Женщина без границ», - пояснил он, усаживаясь возле стенда издательства «Росмэн». - Театр «Сатиры» открывает сезон как раз моей пьесой «Женщина без границ». Премьера была еще весной. Там играют Светлана Рябова, Зиновий Высоковский, много других хороших артистов... А 30 октября в театре Рубена Симонова будет премьера инсценировки моей сатирической повести «Демгородок». Очень смешная штука. Это единственная политическая пьеса, которая идет у нас в стране».

Анти-Ельцин

Юрий Поляков - действительно большой любитель говорить (и писать) о политике. Эта часть его жизни, наверное, ничуть не менее важная, чем занятие литературой. Было бы странно, если бы Юрий Поляков не заговорил о политике. И он заговорил: «Кто следил за моими работами, тот помнит, что в ельцинскую эпоху я был ярый антиельцинист. Был основоположником литературного антиельцинизма. Я первым изобразил сатирически Бориса Николаевича в своей повести «Апофигей». Это было в 1989 году. Он там выведен под именем БМП, и надо сказать, что мой прогноз оказался стопроцентно правильным». От БМП Юрий Поляков плавно перешёл к ВВП: «Есть одна интересная история. Я член президентского совета по культуре. Вот у нас недавно было заседание с участием Путина. Надо сказать, что «Литературная газета», которую я возглавляю с 2001 года, публиковала много критических статей о том, что во всех посланиях президента слово «культура» отсутствует. И вот, наконец в последнем послании был большой кусок о культуре... Как раз, когда было недавнее заседание президентского совета, несколько человек (Радзинский, Михалков и я) попеняли на то, что как можно было не замечать проблем культуры? И реакция Путина была очень неожиданная. Он очень возмутился, я бы даже сказал - разозлился и сказал (очень эмоционально, это никуда, естественно, не попало, потому что наше телевидение выгоняется с этих встреч, когда начинается серьезный разговор. Как будто кто-то щелкает пальцем, и эта орава, как средневековая рыцарская конница, покидает зал заседаний). Так вот, Путин говорит: «Да вы не понимаете, в каком состоянии мы получили страну! Границы были открыты! Мы были абсолютно беззащитны, абсолютно распроданы... И только сейчас, более-менее восстановив хоть какой-то суверенитет государства, мы можем вспомнить о культуре»».

Третий срок

 «В принципе, меня этот ответ Путина не очень удовлетворил, - сделал ремарку Юрий Поляков. - Я считаю, что культурой надо заниматься одновременно с вопросами обороноспособности. Культура - это духовная обороноспособность страны. У нас было много ракет и танков. А что толку, если народ был деморализован и сбит с толку?.. Но реакция Путина была достаточно искренняя. «Вы поймите, - сказал президент, - я просто не могу рассказать обо всей степени нашей беззащитности в то время, когда происходила смена власти в стране. Я не могу. Никто не поверит»».

А далее Поляков произнёс те же слова, какими в последнее время любит изъясняться другой писатель и другой главный редактор другой газеты - Александр Проханов: «Если честно, то я за третий президентский срок. В нашей ситуации менять лидера - это дорогостоящее, бессмысленное мероприятие». Тут Юрий Поляков вспомнил, какое наследство он сам получил от прежнего главного редактора «Литературной газеты»: «Газета не выплачивала гонорары целый год, гигантский долг налоговым органам. Три года пришлось выводить газету из кризиса. Но это одна газета, а то - целая страна... Сейчас у нас - медленное выздоровление».

Предсказание будущего

Потом разговор зашел о том, чем столичная литература отличается от литературы провинции. «Московская литература отличается снобизмом, - высказал свое мнение москвич Юрий Поляков. - Есть у нас такая беда. В ближайшее время обязательно будут очень мощные художественные открытия. После таких колоссальных историко-социальных взрывов должны появиться писатели уровня Шолохова, Булгакова... Я думаю, что они будут из провинции. Правда, это и меня исключает из числа этих шолоховых и булгаковых. Но объективность дороже. Я жду новых имен - прежде всего из провинции. В Нижнем Новгороде есть Захар Прилепин. Очень рекомендую почитать. Он, правда, играет в политику. Ещё не наигрался. Он ещё довольно молодой человек, пусть поиграет. Но, по-моему, это очень серьёзный писатель. Если он не остановится в своем развитии, а будет развиваться, то может вырасти в очень крупную фигуру. У него есть роман «Санкхья» - о молодёжи, ушедшей в полутеррористическую революцию... Но хочу сказать, что в каждом человеке заложен код развития. Человек останавливается независимо от его желания в какой-то момент. В частной жизни это не очень заметно. Хотя бывает, что жёны уходят от мужей и при этом говорят: «Я выходила за умного начитанного парня, а к сорока годам ему ничего кроме телевизора и футбола не надо». Но особо это заметно в творчестве. Писателей, которые развивались до своей физической кончины, очень немного. Лев Толстой, Бернард Шоу... У большинства возникает торможение развития. Это вызвано внутренними имманентными причинами. Природа мозговой деятельности, природа интеллекта неизвестна... Где включается этот рубильник? У тебя в голове или где? Как сказал классик: ты можешь сколько угодно планировать, но за тебя уже все спланировали. Мне остается уповать и надеяться на творческое долголетие. Пока, вроде, у меня рубильник не отключился».

Потеря подачи

Затем речь зашла о телевидении. ««Литературную газету» обвиняют в агрессивном почвенничестве, - заметил Юрий Поляков. - Но мы за объективность. Нам непонятно, почему юбилей писателя (действительно повлиявшего на целое поколение) Василия Аксёнова - подается как национальный юбилей, а юбилей писателя не менее значительного, Валентина Распутина, замалчивается. Или, скажем, умирает крупнейший поэт второй половины XX века - Юрий Кузнецов. Абсолютное молчание!»

О современных читателях Юрий Поляков сказал так: «В количестве читающих мы не многое потеряли. А вот в качестве потеряли очень много». Впрочем, изменилось и качество писателей. По мнению главного редактора «Литературной газеты», многие модные писатели на самом деле и не писатели, а ПИПы. «ПИП - это персонифицированный издательский проект». У Полякова целая статья есть на эту тему. «К писательству это имеет отдаленное отношение».

Но о том, чем отличается писатель от ПИПа, можно говорить очень долго. Но не здесь и не сейчас.

58.

ПОЛЯКОВО ПОЛЕ
(«Городская газета», 2008 г.)

В пресс-центре администрации Псковской области состоялась пресс-конференция с участием писателя Юрия Полякова. Приехал он на Пушкинский фестиваль и на спектакль, поставленный по его пьесе «Женщины без границ».

Предыдущий раз о Юрии Полякове мы писали прошлой осенью, когда делали репортаж с московской международной книжной ярмарки. Тогда Поляков приехал как раз с репетиции спектакля «Женщины без границ». Только театр был не псковский, а московский, театр «Сатиры».

Мыльная опера

В этот раз меня интересовало только два вопроса. «В своё время ввели в оборот термин ПИПы (персонифицированные издательские проекты). Не кажется ли вам, - спросил я, - что в обычной жизни, в том числе и в политике, такие ПИПы тоже существуют? Только издатели у них более высокопоставленные».

В ответ Юрий Поляков коротко напомнил сюжет своего романа «Козленок в молоке»: «Два приятеля из полного идиота делают всемирно известного писателя, хотя у него нет ни одной написанной строчки... Я стал думать - почему эта книга пользуется такой популярностью? Ведь это только писательская «заморочка». Мои друзья из других профессий объяснили: «У нас то же самое. Знаешь того знаменитого хирурга, про которого все говорят? Его же сделали известным. Он же скальпель в руках держать не умеет. Такая же картина и с телевизионщиками. И так везде. Ничтожество путём технологий и скрещивающихся на нем интересов поднимают и делают знаком. Это абсолютно везде. В том числе и в политике. Может быть, в политике - прежде всего».

Редко приходится соглашаться с Юрием Поляковым. Но тут спорить нечего. Проектами становятся отдельные люди, движения, партии... Я бы ещё слегка переиначил внедренный Поляковым термин и сказал: появились персонифицированные издательские нацпроекты. СМИ добросовестно раздувают мыльные пузыри. Временами они лопаются. Но мыла на наш век хватит. С помощью такого мыла очень удобно отмывать деньги. Есть персоны регионального масштаба, есть общероссийского... У них имеются деньги, связи, советники...  Но всё равно это всего лишь мыльные пузыри.

На генном уровне

Второй мой вопрос Юрию Полякову был о литературе. «Есть ли книги, написанные вами, которые вам хотелось бы изменить? И существуют ли чужие книги, которые вам бы хотелось запретить?»

«Свои книги мне всё время хочется переделывать, - ответил г-н Поляков. - У меня просто руки чешутся... Но швы уже настолько заделаны, всё настолько срослось... Тогда надо писать новую вещь. Единственное, что при подготовке очередного собрания сочинений иногда  на такой свой ляп наткнёшься... Думаешь, как же я такую фигню написал? Это какая-нибудь смешная неточность, которую никто за двадцать лет так и не заметил. Это я аккуратненько убираю. А по поводу запретов... Я считаю, что запрещать ничего не надо. Кроме откровенных призывов к насилию, к национальной розни... Но есть книги, которые надо продавать не в книжных магазинах, а в секс-шопах, или в специализированных магазинах. Книги с откровенной матерщиной... Почему они должны лежать в общих магазинах, куда приходят дети? Если считать это каким-то особым искусством, то у этого искусства должно быть какое-то особое место. Александр Сергеевич - он ведь тоже любил это словцо, но в печать-то его никогда не предлагал. Это было для внутреннего пользования. Зачем человеку, который не матерится, прививать интерес к этому делу.

59.

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: «УБИЙСТВА ДОЛЖНЫ БЫТЬ ТОЛЬКО В КНИГАХ
(«Городская газета», 2004 г.)

25 октября 2004 года в псковском  книжном магазине «Снарк» прошла встреча читателей с известной писательницей Татьяной Поляковой (входит в тройку самых читаемых авторов России). Встречи с писателями в столичных магазинах - явление обычное. В Пскове же это происходит очень редко.

Творчество Татьяны Поляковой - весьма специфическое для нашей литературы. Она неоднократно подчёркивала, что сочиняет не какие-нибудь, а именно авантюрные детективы. Татьяна Полякова уточнила, что: «Авантюрный детектив допускает отсутствие ярко выраженного положительного героя. Он не всегда хороший с точки зрения правоохранительных органов, но симпатии все равно вызывает. В милицейском детективе есть узкие рамки (следователь-преступник), а в авантюрном может происходить все что угодно. С моей легкой руки читатели приохотились к тому, что сейчас называется ироническим детективом, хотя во многих книгах никакой особой иронии не было. В них были лишь смешные моменты. Но вот наконец-то мои книги назвали так, как я того хочу. Авантюрные. Мой главный герой - человек толпы, который оказался в какой-то сложной ситуации... Я не хочу, чтобы это выглядело похвалой. Это будет лишь констатацией факта: у нас только я пишу авантюрные детективы. И это мне безумно нравится».

В этом-то и есть главная проблема. Татьяна Полякова  не только позволяет своим героям совершать неблаговидные поступки, но и заставляет читателей сочувствовать этим героям, безнаказанно уходить от правосудия. Некоторых читателей это не устраивает, на что у Татьяны Поляковой нашёлся следующий ответ: «Если человек не чувствует разницы между книгой и реальной жизнью - это не моя проблема, а проблема его психиатора».

Если же её книги читают дети, то «это проблема их родителей». Интересовало пришедших на встречу и то, какие книги читает сама Татьяна Полякова. Ответ был следующим: «То, что мне нравится как читателю - пишу только я. По идее мне надо читать только то, что я пишу. Но будет уже чересчур».

Затем Татьяна Полякова рассказала о том, как начинала сочинять: «Я с детства что-то писала, но так ничего до конца и не дописала. А потом, в момент детективного бума, я покупала стопками новые книги, приходила домой, и книги мне не нравились. Они были слишком кровожадные. И вот один поэт мне предложил написать детектив. «Почему бы нет?» - подумала я. Когда я написала, поэт посмотрел, ничего мне не сказал и отправил рукопись в издательство «Эксмо». Там сразу же предложили написать ещё одну книгу, спросив: «Сможете?» - «Да сколько угодно! То, что я умею - так это писать детективы!»... Черновой вариант я пишу месяц. Это специфика моя как человека. Когда я начинаю работать, то всё, что происходит в книге, для меня гораздо интересней того, что происходит в реальности. А потом  я начинаю править. Через две недели после написания книги мне уже хочется снова за стол, чтобы меня все оставили в покое, а я бы сидела и писала. Я не успеваю уставать от реальной жизни».

Несколько вопросов касались экранизаций («Тонкая штучка», «Как бы не так»). «Мои книги экранизируют потихоньку, - ответила Татьяна Полякова, - но восторга это у меня не вызывает. Мне не понятны многие вещи. Я поняла, что если ты хочешь, чтобы фильм понравился - надо участвовать  в кастинге, писать сценарий. Но это мне совершенно неинтересно. Когда я смотрю готовый фильм, то прихожу в ужас. Но на кого жаловаться? А ты-то где была? Поэтому я тихо смотрю, тихо молчу...  О «Тонкой штучке» можно сказать: хорошо, что сделали комедию. Комедия должна быть смешной. Другое дело, насколько это соотносится с книгой. В фильме Саша Захарова играет хорошую учительницу, а у меня, извините, в  книге ей очень далеко до хорошей учительницы. Там совершенно другой типаж, характер, совершенно другое отношение к миру. Это снято как бы по мотивам». Как выяснилось, Татьяна Полякова не в восторге не только от экранизаций своих книг. «Ныне известная  экранизация  «Идиота» мне лично тоже не понравилась».

Читателей, а точнее - читательниц, интересовала биография Татьяны Поляковой.

 «Моя девичья фамилия - Петрова. Я закончила Ивановский университет по специальности «филология». 14 лет работала в детском саду». Взятые в Интернете утверждения, что она давно дружит с Романом Абрамовичем, Татьяна Полякова отвергла. На вопрос: «Почему у нас женщины стал увлекаться детективами? Не кровожадность ли это?» был дан следующий ответ: «Не думаю. Просто это возможность отдохнуть, отгадать загадку».

В завершении встречи Татьяна Полякова сказала: «Убийства должны быть в книгах, а не в реальной жизни. И их надо переживать легко. А если вообще не хочешь переживать - то отложи книгу и забудь. Поэтому мое пожелание, чтобы все детективные истории случались только в книгах или на экране».

60.

КНИЖНЫЙ АРХИВ. СНОВА ИВАНОВ
(«Городская среда», 2015 г.)

Это было время, когда фильм «Географ глобус пропил» был ещё не снят. Это было время, когда не существовало ещё премии «Большая книга». Книжный магазин «Снарк» в Пскове тогда тоже ещё не был закрыт. Мы сидели в служебном помещении «Снарка» и пили кофе: Алексей Иванов, Илья Стогов, Алексей Гордин и я. Меньше всех говорил Алексей Иванов. Он и так целый час перед этим был в центре внимания - выступал перед читателями, которых собралось человек тридцать. Разговор шёл как раз о будущем фильме (тогда предполагалось, что он будет 4-х серийный», о «Большой книге» (через несколько месяцев её получит Дмитрий Быков)... Это было время, когда в псковских книжных магазинах ещё устраивались встречи с писателями/.../

61.

«АЗБУЧНЫЕ ИСТИНЫ»
(«Городская газета», 2006 г.)

В псковском магазине «Снарк» состоялась встреча с пермским писателем Алексеем Ивановым.

У каждого свой интерес

Это надо было видеть. И слышать. Тот, кто не пришёл на встречу, - многое потерял.

Во-первых, Алексей Иванов приехал не один, а вместе с Ильей Стоговым, более известным как Илья Стогоff. Интервью с ним мы публиковали года полтора назад. Но тогда-то мы разговаривали в Москве, а тут он решил показать Алексею Иванову и его издателю Алексею Гордину (издательство «Азбука») Псков. И показал.

Псковичи тоже себя показали. Иногда создавалось впечатление, что люди собрались послушать не приезжих знаменитостей, а «носителей псковской духовности». Солировал Владимир Шульц.

Дело закончилось тем, что некоторые потенциальные читатели просто стали отходить в сторону. Разговоры о календаре псковских писателей, изданном В.Шульцем, книги Льва Малякова и рассказы о творческих контактах собственно г-на Шульца народ почему-то не слишком интересовали.

Бочка меда и ушат помоев

В наше киноцентричное время, представляя писателя, лучше сразу начать с фильмов. По роману Алексея Иванова «Географ глобус пропил» 1-й канал собирается снять 4-серийный фильм. Роман «Сердце Пармы» планирует экранизировать Алексей Сидоров (режиссёр «Бригады» и «Боя с тенью»).

Московская литературная критика, в основном, на похвалы не скупится. Алексея Иванова называют даже «самым ярким писателем, появившимся на свет в XXI веке». Романы пермского писателя действительно весомы, масштабны. Недавно появившийся роман «Золото бунта» (о тайне пугачёвского золота) некоторые считают самым главным литературным событием года. Как выразился Илья Стогов, это такой «Роман Романыч». Кстати, и изданы книги Алексея Иванова соответственно - на хорошей бумаге и в подходящем оформлении. Потому что дико издавать «Роман Романыча» на газетной бумаге в мягкой обложке.

Однако особой популярности в повседневной жизни Алексей Иванов не ощущает. «О том, известен я или не известен, я могу судить только по Интернету, - сказал он. - У меня в Перми до сих пор не было ни одной встречи с читателями по моему новому роману «Золото бунта». Единственную встречу, которую пытались провести - она также как здесь прошла в книжном магазине - пришло только семь человек. Из них никто новый роман не читал. А на презентации на меня вылили ушат помоев, сказали, что это «литературная блевотина» и не захотели разговаривать». По мнению писателя, причина этого в «провинциальном сознании и провинциальном мышлении, когда своим отказывается в праве иметь какое-то значение».

Немного о геноциде

Книги Алексея Иванова хороши ещё и тем, что способны вызывать споры. Его даже заподозрили в том, что он принадлежит исторической школе «Великой Финляндии». По словам Алексея Иванова, «представители этой школы считали, что на протяжении всей русской истории Коми-Пермяцкого края велся систематический геноцид коми-пермяцкого этноса. Это, конечно, несколько экзальтированное убеждение, но близкое к истине. Коми-пермяки - это единственный этнос в Европе, который до сих пор не имеет железной дороги. Я когда писал этот роман, об этой школе вообще не знал. А меня посчитали сторонником этих взглядов. Сложилась немножко нелепая ситуации, когда у одних я отбил хлеб, другие посчитали это фэнтэзи, третьи причислили к четвёртым, про которых я вообще ничего не знал».

Однако и первые, и вторые, и десятые теперь знают, кто такой Алексей Иванов. А для писателя это имеет некоторое значение.

62.

АВТОРСКАЯ РЕДАКЦИЯ
(«Городская газета» 2008 г.)

В читальном зале Центральной городской библиотеки прошло очередное заседание клуба «Лира». Оно было посвящено Всемирному дню поэзии.

Вкусовые свойства

Небольшой читальный зал оказался заполнен наполовину. Можно было подумать, что с русской поэзией случилось что-то нехорошее. Например, она умерла. Впрочем, на похороны русской поэзии людей собралось бы побольше. Всё-таки - такое зрелище!

Пока мы не увидим широких народных масс со скорбящими лицами - поэзия жива. Более того, с русской поэзией всё в порядке. Возможно, теперь она реже звучит, но, в отличие от русской современной прозы, не заблудилась и всё ещё может по-хорошему удивлять. Вместе с повышенным читательским вниманием ушла и цензура (прозе это не помогло). Что же касается хорошего вкуса, то он от политического режима и экономической ситуации почти не зависит. Если он есть, то попробуйте после очередного политического кризиса или выборов вкус потерять. Сделать это будет непросто. Империю разрушить легче, чем слово.

После прочтения - съесть

Всё сказанное не имеет прямого отношения к тому, что происходило в городской библиотеке в позапрошлое воскресенье. На мой взгляд, поэтических слов в этот вечер прозвучало слишком мало. Их заменяли рифмованные слова, вроде «у российской власти ныне // нету совести в помине». Конечно, можно с большим или меньшим успехом рифмовать льготы, унитазы, шоу-бизнес, демографию, монетизацию, первых секретарей обкома Рыбакова и Густова, наркотики, саммиты, ельцинизм... Русский язык всё стерпит. Можно даже вставить для красоты слога что-нибудь матерное. Всё это на заседании клуба из уст разных людей прозвучало. Но этого ещё не достаточно, чтобы сказанное могло считаться поэзией.

 

Я стараюсь вообще ничего о псковских поэтах не говорить. На страницах нашей газеты если кто и напишет об очередной книге местных авторов, так это будет Вита Пшеничная. Она - человек добрый. И те как бы отрицательные рецензии, опубликованные в последнее время в «Городской газете», на мой взгляд,  довольно мягкие. Не дружеские, конечно. Но можно было бы высказаться и жёстче.

А самым большим наказанием могла бы стать публикация «избранного» некоторых псковских «поэтов» без купюр. Никакие комментарии в этом случае не потребовались бы. Разоблачение было бы поставлено на самообслуживание. Хотя...

Пожалуй, такое мнение - слишком оптимистическое. Часто читатели стихов руководствуются такими критериями как «правдиво», «это по-нашему», «складно»... Многие убеждены: если написано складно, в рифму - это и есть поэзия. Так их в школе приучили.

Впрочем, некоторые поэты, по их собственному признанию, всё-таки нуждаются в литературной учёбе и работе с редакторами. В противном случае, мы обречены и дальше получать книги в так называемой авторской редакции, когда русский язык безжалостно превращается в русское косноязычие.

Рецепт: с горем пополам

На заседании клуба «Лира» завязалась небольшая дискуссия по поводу редакторской работы над книгой. Иван Иванов, например, сказал, что «редактор может подойти к книге предвзято или, наоборот, захвалить». И ещё он добавил: «Чрезмерно восхвалять поэтов нельзя и чрезмерно ругать - тоже нельзя... Надо находить кровь из носу хорошее... Вся поэзия - прекрасна».

Возможно, Иван Иванов прав. Только, в таком случае, для начала надо определиться - кто такой поэт. Если все-таки тот, кто умеет сочинять складно и в рифму - это одно. Если же всё-таки тот, кто, по выражению Марины Цветаевой, выбирает «путь комет»- совсем другое. «Он тот, кто смешивает карты, // Обманывает вес и счет, // Он тот, кто спрашивает с парты, // Кто Канта наголову бьет...»

 Поэтом нельзя стать с помощью лицевого счета. Поэзию невозможно до конца объяснить и просчитать. Но её можно вдохнуть. И выдохнуть.

Александр Май напомнил слова Варлама Шаламова: «Поэт - судья общества». Возможно. Но для этого прежде надо стать поэтом. В противном случае, неприкосновенным судьей можно признать любого, кто с горем пополам научился складывать буквы в слова. Но в одном Александр Май, по-моему, совершенно прав. Если уж издал автор книгу, то пусть не обижается, когда услышит в свой адрес самую жёсткую критику. К этому надо быть готовым. Тебя могут поднять на смех, тебя могут смешать с грязью. Уличить в плагиате, указать на графоманство. Короче говоря, за свои слова надо уметь отвечать. Слово может быть безжалостно к своему автору. И это плата за то, что человек посмел назвать себя поэтом.

На десерт

Ларина Федотова на заседании «Лиры» говорила о том, что авторская редакция - следствие повышенного самомнения. А критика или даже робкие пожелания могут быть истолкованы превратно. Автор, издавший свою книгу (а теперь книгу может выпустить кто угодно, лишь бы имелись деньги) часто пребывает в эйфории.

Согласен. Человек словно бы получает документальное подтверждение того, что не зря на свете живёт. Я бы даже сказал, что раскритиковать такого поэта - это всё равно что разбудить идущего по карнизу лунатика. Но сделать вид, что так и надо - тоже как-то неправильно.

Не к вечеру на заседании было упомянуто Псковское отделение Союза писателей России. «Писательская организация есть, - вздохнула Ларина Федотова, - но собираемся мы, в основном, чтобы кого-нибудь похоронить...»

Вспомнили присутствующие и недавно вышедший двухтомник Александра Гусева. Событие, вроде бы приятное. Но «выкуплено только сто экземпляров. Остальные четыреста лежат в типографии, и никто их не выкупает».

А закончилось мартовское заседание всё-таки на оптимистичной ноте. Песни исполняло трио, именуемое Pro anime. Наконец-то поэтическое слово зазвучало. Слова Заболоцкого, Цветаевой...

 «Поэты мы - и в рифму с париями, // Но, выступив из берегов, // Мы бога у богинь оспариваем // И девственницу у богов!» Это тоже Цветаева. Хорошо, что она не входила в наш Союз писателей.

63.

ПРЯМАЯ КРОВНАЯ СВЯЗЬ
(«Городская среда», 2012 г.)

«- Подлог, подлог, - Алье старался перекричать медиума. - Собратья, вы ведь знаете этот текст...
- Отойди, шарлатан, - визжала Олкотт. - Ему это смертельно!
- Туда и дорога! - огрызнулся Алье и сбросил экстрасенса с табурета».
«Маятник Фуко», Умберто Эко.

Если приглядеться, вокруг ходят прямые потомки. Прямые потомки Ивана Грозного, Александра Македонского, царя Хаммурапи, фараона Рамзеса II... Несколько лет назад на Украине объявились «прямые потомки» княгини Ольги. О них вспомнили во время видеоконференции «Киев - Псков», прошедшей в Центральной городской библиотеки города Пскова.

Общение получилось оживленным. Не всегда, правда, это было здоровое оживление. Тем не менее, встреча получилась достойной внимания, а имя княгини Ольги позволило обнаружить неожиданные исторические повороты./.../

64.

КНЯЖЕСТВО КРИВЫХ ЗЕРКАЛ. ЧАСТЬ I
 («Псковская губерния», 2012 Г.)

Псковичам преподнесли «шокирующую информацию» о княгине Ольге и её «прямых потомках»

«Можете верить, можете не верить, - произнёс во время видеоконференции «Киев-Псков» находящийся в столице Украины заместитель редактора газеты «Литературная Украина» поэт Станислав Бондаренко. - Я сам ещё до конца не определился».

Однако судя по тону Станислава Бондаренко, он всё же скорее был склонен верить в то, о чём говорил. А говорил он о том, что к нему в редакцию некоторое время назад пришла певица, народная артистка Украины Нина Матвиенко.

Она рассказала, что с ней связались прямые потомки княгини Ольги, в частности, некий  Хранитель Рода Сергей Соколов.

«Прямой потомок княгини Ольги по женской линии»

Г-н Соколов настаивал на том, что в 6454 году от сотворения мира или в 946 году по григорианскому календарю Господь Бог лично явился княгине Ольге и предсказал будущее, в том числе и то, что будет с нею и со страной. Он же объяснил, что же необходимо сделать, чтобы сохранить Род и законы, данные Им.

Похожая история произошла в свое время с Моисеем.

В случае с княгиней Ольгой Божьи слова якобы сохранил летописец Григорий Черноризец, записав их на пергаменте.

Этот же монах позднее перенёс сказанное Богом на серебряные пластины, которые сохранились до нашего времени у Хранителей Рода. Запись сделана «болгарской кириллицей».

Чем дольше говорил Станислав Бондаренко, тем неправдоподобнее звучали его слова.

Ссылаясь на прямых потомков княгини Ольги и потрясая перед камерой газетой «Литературная Украина», г-н Бондаренко поделился «шокирующей информацией», коротко рассказав о том, что секрет «Завета княгини Ольги» (он же - Заповет) пытались разгадать Ленин и Сталин, для чего отправляли экспедиции на Тибет.

Позднее там же, на Тибете, 21 год в шеститысячелетнем буддийском монастыре среди лам прожила «прямой потомок княгини Ольги по женской линии».

Шесть лет назад к этой женщине явился Хранитель Рода и «открыл тайну». Эта же тайна была раскрыта украинской общественности 2 апреля 2012 года, когда состоялась презентация серебряных табличек.

В читальном зале Центральной городской библиотеки города Пскова перед экраном в первом ряду сидел историк, археолог, инициатор фестиваля раннего средневековья «Хельга» и автор книги «Во времена княгини Ольги» Анатолий Александров. У него с тревогой поинтересовались: как он оценивает «шокирующую информацию»?

«Теоретически это возможно», - неожиданно ответил Анатолий Александров и попросил прислать из Киева ксерокопию сенсационного номера газеты «Литературная Украина».

При этом г-н Александров выразил удивление, что «болгарскую глаголицу» пока не могут до конца расшифровать, несмотря на то, что в Киеве есть нужные специалисты.

В ответ Станислав Бондаренко пообещал выслать не ксерокопию, а саму газету.

Это вызвало в читальном зале Псковской городской библиотеки оживление, словно было обещано прислать в Псков сами серебряные таблички с «Заветом княгини Ольги».

«Законы чистоты Рода»

Что же касается перевода «Завета княгини Ольги», то раздобыть украинский перевод не очень сложно. Да и перевод на русский тоже существует.

Там, в частности, сказано:

«Дочь моя, благословенна будь, прародителей исполнила ты волю, в один народ Роды собрав. Для сохраненья Рода твоего, в котором кровь моя, сей Заповет даю, что говорить я буду и никто не смеет его изменить - иначе прокляну во век. Дочь моя, Роду твоєму, пока не выйдет срок, надобно как бы умереть, раствориться среди народа, хранителем верным оберегаемы будете. Если кто задумает причинить вам зло, то погибнет не только телом, потому, что мало, а духом и душой, и плодиться будут как сор...».

И далее в том же духе.

Для того чтобы понять - кто такие «прямые потомки Княгини Ольги», надо заглянуть на сайт «прямых потомков» и почитать их тексты. Например, статью «Небесные Законы о чистоте Рода и Крови», которая начинается со слов «О Законах, по которым жили с древних времён все Славянские и Арийские народы, в современном мире узнали в середине XIX века...», а продолжаются призывом: «Не допускайте Чужеземцев к дочерям вашим, ибо совратят они дочерей ваших, и растлят Души их Чистые, и Кровь Расы Великой погубят, ибо первый мужчина у дщери оставляет Образы Духа и Крови».

В общем, это довольно скучная вульгарная расистская агитка, суть которой сводится к так называемым «Законам чистоты Рода», которые «запрещают межрасовые браки Славянских народов с другими народностями. Смешение Крови разных народов между собой приводит к деградации, заболеванию крови (СПИД), вырождению всей ветви данного Рода».

Была ли Хельга-Ольга расистской? Была ли она при этом украинской националистской? За кого бы она проголосовала на парламентских выборах 2012 года на Украине?

Ответы на эти вопросы каждый может дать самостоятельно, если у него хватит терпения, брезгливости и чувства юмора.

Во всяком случае, Нина Матвиенко (не путать с Валентиной Матвиенко) на осенних парламентских выборах агитировала за «Партию регионов» Виктора Януковича.

«Господь со мною говорит»

Люди, собравшиеся в библиотеках Киева и Пскова, стали участниками «Поэтического диалога в рамках международного проекта «1110льга»».

Среди них были известные литераторы.

Помимо поэта и журналиста Станислава Бондаренко с украинской стороны  в читальном зале публичной библиотеки города Киева слово предоставили автору поэмы «Княгиня Ольга» Марии Морозенко, актрисе Юлии Сак и киевоведу Василию Галайбе.

Значительную часть псковского выступления посвятили поэтическому слэму  с участием Геннадия Моисеенко и Александра Березова.

Поначалу появилось опасение, что видеоконференция сорвётся. Возникли непредвиденные технические проблемы. Пришлось перезагружать компьютер.

Послышался вздох разочарования: «Нет сигнала». - «Долго обновляться будет?» - «1110 лет...» - «Это что, конец истории?».

К счастью, это не был конец истории. Иначе бы псковичи не услышали «шокирующую информацию» о «Завете княгини Ольги» и не увидели бы саму княгиню Ольгу (Юлию Сак) - со свечкой в руке, читающую стихи Марии Морозенко по-украински.

Оценить поэтический талант Марии Морозенко очень сложно, потому что её тексты звучали на украинском языке. Зато артистические таланты Юлии Сак - более-менее очевидны. Точнее, очевидно, что явных талантов нет, а точнее - это очень специфические таланты.

Г-жа Сак, ведущая свой род от поэта Павло Тычины и великого княжеского рода фон Остен Саккен,  была представлена псковичам как «актриса, танцовщица, певица, поэтесса».

Юлия Сак без стеснения любит повторять: «Я - актриса, танцовщица, певица (лирико-колоратурное сопрано), композитор, художник, поэтесса. Бог подарил мне много талантов, и я говорю, что обязана все свои таланты развивать на одном профессиональном уровне. Все таланты нам даны от Бога! Великие таланты даруются только избранным, и потому мы не имеем права их зарывать!»

Её «Божественная избранность» выразилась, в частности, в таких стихах:

Когда на сцене я стою
Красу всего создания вижу
И проникая через все
Всегда Творца Вселенной слышу!

Когда читаешь стихи Юлии Сак, то невольно сравниваешь их со стихами другой нашумевшей титулованной поэтессы - Марины Чубкиной.

Рифма «вижу-слышу» - это норма для творчества Марии Сак. Её артистический талант находится примерно на том же уровне.

«Бог подарил мне много талантов, -  неоднократно признавалась Мария Сак. - Эти стихи я посвятила своему самому главному Учителю - Богу! Я говорю: Господь со мною говорит // Большие тайны раскрывает,// А я послушный ученик, //Который в жизнь то воплощает!»

Похоже, этим же рецептом воспользовались и те, кто явил миру «Завет княгини Ольги». Бог нашептывает, а они то ли плохо слышат, то ли неразборчиво записывают. Смущает уровень этой «писанины»:

Только Бог создает совершенство.
Он гармонию дарит любя
И любовью сердца наполняет,
Что б жила в тех сердцах доброта.


Это тоже стихи Юлии Сак.

Тем не менее, спрос на подобное творчество существует. Не исключено, что моноспектакль по поэме Марии Морозенко «Княгиня Ольга» в исполнении Юлии Сак все-таки рано или поздно доедет до Пскова и будет здесь восторженно принят.

Не будет ничего удивительного, если «прямые потомки» княгини Ольги до Пскова тоже доедут. Или докатятся.

Во всяком случае, во время видеоконференции было высказано пожелание «познакомиться поближе».

«Хожденье в псковский ад»

А пока что все находившиеся в читальном зале публичной киевской библиотеки познакомились с творчеством Геннадия Моисеенко (Великие Луки) и Александра Березова (д. Гавры, Пыталовский район).

И это были стихи, которые трудно назвать юбилейными.

Этот «неформат» сбивал пафос заданной темы и в профессиональном смысле был неизмеримо выше того, на что способна Юлия Сак.

Стихотворение Геннадия Моисеенко с названием «Псков», прочитанное во время слэма, заканчивается такими словами:

Сверкает купол серебром...
Не обернётся мне добром
Мое хожденье в псковский ад.
Но я стерплю и чад, и смрад.


Александр Березов среди прочих своих стихов прочитал и слегка исправленную, цензурную версию стихотворения «Ремесло оставаться шутом»:

...Поле ты моё -
Поле-полюшко
По спине гуляла змеюга-плеть
Где-то там за углом воля-волюшка
Ты готовься утречком умереть...


В общем, Псков во время телемоста выглядел вполне прилично (снежных заносов на псковских улицах из Киева видно не было, а киевские «+ 12» в Пскове не ощущались).

Псковский ад временно обошёлся без чада и смрада. Небольшие технические помехи не в счёт.

65.

ПРЯМАЯ КРОВНАЯ СВЯЗЬ. ЧАСТЬ II
(«Городская среда», 2012 г.)

По всей видимости, статья о «Княжестве кривых зеркал» обидела некоторых читателей. Им показалось, что текст - некорректен.

Ещё до публикации меня спрашивали: не создаём ли мы рекламу графоманам и шарлатанам? На что я отвечал: они и такие как они привыкли рекламировать себя всюду, и публикация в «Городской среде» и «Псковской губернии» никакой доброй славы им не принесёт. Вообще никакой славы им не принесёт, слишком мал тираж. Но и замалчивать деятельность этих людей нельзя.

Агрессивные графоманы и шарлатаны не привыкли встречать отпор. Недалекие люди им верят, а умные - предпочитают не связываться. Тем самым, создаются благоприятные условия, в которых легко получать награды и дурачить публику.

Яркий пример - «академик» Петрик, о котором «Городская среда»  тоже рассказывала. Пока все делали вид, что его «изобретения» полезны или, во всяком случае, безвредны, он был в почёте и купался в деньгах.

Однако с некоторых пор серьёзные ученые выступили с его разоблачениями. Г-н Петрик повозмущался, но вынужден был уйти в тень.

Разумеется, низвержения «академика» не произошло, но «зелёной улицы» перед ним уже нет. Так что иногда полезно смотреть - что же там происходит в кривых зеркалах.

66.

КНЯЖЕСТВО КРИВЫХ ЗЕРКАЛ. ЧАСТЬ II
(«Псковская губерния», 2012 г.)

В первой части этой статьи  мы подробно рассказали о видеоконференции «Киев-Псков», во время которой псковичам преподнесли «шокирующую информацию» о княгине Ольге и ее «прямых потомках».

Заместитель редактора газеты «Литературная Украина» поэт Станислав Бондаренко объяснил, что однажды на связь с ним с помощью певицы Нины Матвиенко вышел «прямой потомок» княгини Ольги, некий Хранитель Рода Сергей Соколов.

Через некоторое время в Киеве миру были явлены три серебряные пластины, написанные болгарской глаголицей и полные сенсаций.

«Венец княгини Ольги начал мироточить»

Якобы священное знание, позднее изложенное на серебре, было даровано княгине Ольге Господом Богом на 40-й день молитвы, и долгое время скрывалось.

Скрывалось до той поры, пока «в 2009 году первородный венец княгини Ольги начал мироточить», и мироточение перекликалось с записью, сделанной в некоей книге Хранителей Рода: «На срок венец укажет мой слезою и дыханьем он час отмерит, и род великий возродится вновь».

Якобы с этого момента, после серии полутайных обрядов, начнется возрождение Украины, а именно: «Как только возвратиться прах Ольги в землю свою, вся нечисть с земли той уйдет, а если кто держаться будет и предавать землю ту, сам издохнет и род в потомках его».

В общем, это, мягко говоря, мало похоже на правду.

К тому же надо иметь в виду, что «прямые потомки» княгини Ольги время от времени подбрасывают в прессу новые подробности своей деятельности, тем самым развлекая читателей.

«Прямые потомки» настаивают на том, что революции в России разразились из-за того, что большевики хотели уничтожить Божью кровь. Царя Николая II (чья жена якобы тоже была прямым потомком княгини Ольги) большевики ошибочно убили по той же причине. А когда поняли, что перепутали, то обратились к новой жертве - Украине (носительнице Божьей крови), устроив голодомор. Но и голодомор большевикам не помог, и тогда Сталин в поисках Хранителей «Завета княгини Ольги» обратился за помощью к Вольфу Мессингу...

Поверить в сказанное может разве что тот, кто сам ощущает себя прямым потомком княгини Ольги или, в крайнем случае, потомком князя Игоря.

Когда готовилась видеоконференция, псковская часть аудитории ждала, что Станислав Бондаренко станет читать свои действительно достойные внимания стихи. Но он предпочел прозу, запечатленную на серебряных пластинах.

В своем триптихе под названием «СНГейша-СНГуси-СнГеи» Станислав Бондаренко когда-то написал:

Летят СНГуси,
летят СНГейши.
А где СНГений,
скажи, нувориш?!
 
Творишь, новорус,
новояз твой новейший,
но ведаешь ли,
что творишь


Есть подозрение, что «прямые потомки» княгини Ольги тоже творят нечто невообразимое. И не ведают этого.

«Священники трактуют её извращенно»

Во время разговора с Киевом всплыло греческое название реки Днепр - Борисфен.

Присутствующий в читальном зале Центральной городской библиотеки города Пскова старший научный сотрудник Псковского государственного музея-заповедника кандидат исторических наук Анатолий Александров немедленно вспомнил о реке Турунт, сообщив всем, что так именовали в античные времена реку Великую.

Точнее, Турунтом, по всей видимости, в древности называли всю водную систему, в которую входят река Великая, Псковское и Чудское озера, и река Нарова.

Во время видеоконференции в псковском зале явно не хватало одного человека - автора недавно изданной в Пскове книги «Государственная политика».

Речь о гдовском краеведе Юрии Афанасьеве. Том самом г-не Афанасьеве, книге которого автор книги «Во времена княгини Ольги» кандидат исторических наук Анатолий Александров посвятил огромную десятистраничную разгромную рецензию, начинавшуюся словами: «Обычно профессиональные историки не комментируют краеведов. Но самобытный псковский краевед Ю.И.Афанасьев достал всех».

Нет, не всех. Киевлян не достал. Пока не достал, а мог бы, если бы его пригласили на видеоконференцию.

Это был бы достойный ответ Киеву с его священным «Заветом княгини Ольги».

Противоположности сошлись бы.

Юрий Афанасьев, судя по всему, воинствующий богоборец, поставивший задачу развенчать христианскую святую княгиню Ольгу, разоблачая «священников-извращенцев». В том смысле, что на 7-й странице 17-й по счету книги Юрия Афанасьева есть такой пассаж: «Когда я не выдержал и заострил в своих статьях внимание на е образе, то понял, что все священники трактуют её извращенно».

Новый труд «Государственная политика княгини Ольги» Юрия Афанасьева не так давно был презентован в Псковской областной универсальной научной библиотеке. При этом высокопоставленный начальник из партии «Единая Россия» вручил г-ну Афанасьеву неизбежный букет.

Проблема в том, что научный подход Юрию Афанасьеву не свойственен. Зато свойственен универсальный. Его новый труд правильно было бы читать не как научное исследование, а как фэнтези.

На месте княгини Ольги вполне бы могли оказаться Галадриэль или Гильфониэль.

В этом смысле примы автора «Государственной политики княгини Ольги» должны быть очень близки авторам, предъявившим миру «Заветы княгини Ольги».

Кроме того, достоин внимание язык «Государственной политики...» Открываем книгу и читаем: «Занимаясь десятки лет историей Гдова, автор неоднократно выходил на Ольгу».

Сильно сказано. И не только сильно, но и честно.

«Скажем откровенно, автор и сам не хотел заниматься таким большим вопросом... Автора вынудил Гдов заниматься историей Ольги», - сказано в книге.

Таким образом, в третьем лице Юрий Афанасьев в предисловии к книге пытается заранее объясниться с читателем.

Рецензент Анатолий Александров предъявляет претензии Юрию Афанасьеву, а надо бы предъявлять претензии городу Гдову, исследователем которого считает себя автор «Государственной политики...».

Гдов вынудил. Какие претензии?

В фэнтезийно-историческом труде Юрия Афанасьева провидчески присутствуют выпады не только в адрес «мракобесов-церковников», но и в адрес будущего рецензента.

На 129-й странице «Государственной политики...» читаем: «В книгу А.А. Александрова прокрались два существенных недостатка... он подавляет читателя своим многознанием. Стремясь глубоко объяснить исторический материал, он, наоборот, его запутывает».

В свою очередь, Юрий Афанасьев тоже подавляет. Но, разумеется, не многознанием (в этом его никак не заподозришь).

Самым поразительным в трехсотстраничной книге являются иллюстрации, занимающие примерно треть.

Для иллюстраций характерны низкое качество и полная бессмысленность (тайный смысл?).

Большей частью это плохо пропечатанные любительские снимки, на которых изображены современные дорожные указатели (на них написано: «Жабино», «Кошкино», «Петровские Бабы», «Смыч», «Ёгла» и т.д.)

Эти названия населнных пунктов будто бы олицетворяют путь княгини Ольги.

Если бы Юрий Афанасьев периодически вставлял в свою книгу слова на языке квэнья (древнее наречие эльфов, в повседневной жизни не употреблявшееся, но ставшее языком науки, искусства и магии в выдуманном мире Толкина), то цены его труду бы не было. А так профессиональные историки вынуждены рассматривать его труд как научный. Рассматривать и находить уязвимые места.

В своей рецензии на новую книгу Юрия Афанасьева Анатолий Александров пишет: «Краевед утверждает, что в случае введения христианства при Ольге и Святославе, священство и руководство Руси были бы перебиты. Но наш прилежный чтец летописей не знает, что в 860 году при Аскольде христианство уже было введено в Киеве и с тех пор там и держалось, правда, в ограниченных размерах. И ничего, никто Аскольда и его руссов не перебил».

Иногда в полемическом задоре Анатолий Александров высказывает небесспорные вещи. В частности, ссылаясь на родившегося в Псковском уезде историка Василия Татищева, он пишет:

«Если бы наш краевед внимательно полистал 4-й том Истории В.Н.Татищева, то он нашл бы там упоминание, что Псков и Новгород были основаны княгиней Ольгой. Согласно археологическим данным, это произошло синхронно - оба раннегородских центра были заложены в 20-е - 30-е гг. Х века».

В этом утверждении спорно всё, но прежде всего - ссылка на Татищева, который вс-таки жил не в Х, а ХVIII веке и не всегда пользовался проверенными источниками.

Очень сложно согласиться с тем, что Псков и Новгород были основаны в 20-30-е годы Х века.

В поздних Раскольничьей и Иоакимовской летописях, на которые, по всей видимости, опирался Василий Татищев, написано, что родиной Ольги является Изборск. Но это не значит, это действительно так. Тот же Татищев писал, что Ольга была внучкой Гостомысла.

Примерно в то же время активно распространялась версия о том, что отцом княгини Ольги был Вещий Олег.

И это ещ хорошо, что Олег, потому что некоторые поздние летописи XVII-XVIII веков вообще сообщали, что Ольга была дочерью «Тмутарахана, князя Половецкого».

Сколько летописцев, столько и княгинь Ольг. А в наше время - сколько краеведов, столько и версий.

В составленных в 30-40-х годах XVI века «Великих Четьях-Минеях» митрополита Макария говорится, что во время женитьбы Игоря на Ольге города Пскова ещ не существовало.

В появившейся чуть позднее, в начале 60-х годов XVI века, «Степенной книге» духовник Ивана IV Андрей утверждал, что Псков был не просто основан Ольгой, но основан Ольгой-христианкой.

Что означало, будто до середины Х века Пскова не существовало. Неубедительно. Особенно если ссылаться на археологические данные.

Вообще, если принимать на веру буквально всё, что писалось в летописях и средневековых книгах, то можно уподобиться «прямым потомкам» княгини Ольги с их серебряными пластинами.

Так вот и рождаются мифы, подобные «Заветам княгини Ольги». Фантазия границ не знает не только в наше время. В средневековье тоже жило множество фантазров с претензией.

* * *
Надо обязательно поблагодарить организаторов и участников диалога в рамках международного проекта «1110льга», соединившего Киев и Псков. Это была поучительная встреча. Очень многое осталось за кадром. Но то, что в кадр вошло - ещ раз заставило задуматься о природе мифотворчестсва.

67.

РЕДКАЯ КНИГА ДОЛЕТИТ...
(«Городская среда» 2010 г.)

Каждый год перед Рождеством в Центральной городской библиотеке устраивают парад новобранцев, в смысле - парад книг, которые поступили в библиотеку в предыдущем году. Собираются читатели, обсуждают...

И всегда это бывает парад победителей. Книги, разложенные на столах в читальном зале, не только напечатали, но и довезли до читателей. Книг в России издается множество. Но их тиражи, как правило, ничтожны, и редкая книга долетит до провинциальной библиотеки.

Тем книгам, которые попали в библиотеку на Конную, - повезло. Их будут читать. Авторы некоторых книг успели получить в 2009 году престижные литературные премии. Читателям тоже повезло (хотя и немного меньше). Среди новинок попадаются достойные экземпляры. Но, боюсь, разочарований не избежать. Многие литературные премии распределяются каким-то причудливым образом. Часто бывает так: писатель уже имеет премию, но ещё не имеет своего голоса. И на вершину его заносит политическая, экономическая или литературная конъюнктура.

Премия - это как право голоса. Право голоса уже есть, а своего голоса ещё нет. 

В 2010 году на встречу с читателями пришли Натан Левин и Александр Бологов. Краевед Натан Левин завёл разговор о здоровой зависти. По его словам, псковичам завидуют новгородцы. В Пскове с 2004 года выходит серия «Псковская историческая библиотека», в которой переизданы книги, до этого недоступные даже специалистам. Эта серия появилась неожиданно - благодаря выборам главы Островского района. Претендент на эту должность решил переиздать летопись Острова, написанную когда-то протоиереем Николаем Пановым. Давно прошли те выборы, сменились руководители района и области, а серия все еще выходит.

«Первая задача 2010 года - издание большой научной книги о Пскове - городе воинской славы», - сообщил Натан Левин.

Несколько раз на встрече добрым словом упомянули человека, который, как сказал Александр Бологов, «невиданным образом развернул в Псковской области книгоиздание».  Речь о г-не Биговчем. В голосе выступающих слышалась неподдельная тоска по Сергею Биговчему, который, видимо, для некоторых всё ещё олицетворяет высокую культуру.

Одной из самых заметных книг на выставке оказались воспоминания Александра Бологова «Правит парусом не ветер». Единственный экземпляр вырывали из рук. Возникло опасение, что книгу «зачитают».

Автор обстоятельно объяснял присутствующим - почему он взялся за воспоминания и насколько они для него важны. Для некоторых читателей это тоже было важно. Откровенность автора их восхитила.

Несколько раз прозвучало: «Там всё правда». Потом слово взял еще один писатель -Анатолий Иванов. Он живёт в Москве, но родился под Псковом. Псковский москвич продолжил ту же мысль, убеждая присутствующих: «В моей книге всё правда». Генерал железнодорожных войск и секретарь горкома партии Анатолий Иванов написал мемуары и в итоге недавно стал членом Союза писателей. Чтобы убедить присутствующих в том, что он писатель, Анатолий Иванов достал из нагрудного кармана удостоверение члена Союза писателей.

Так получилось, что мемуары Анатолия Иванова попали ко мне в руки около года назад. Познакомившись с ними, я подумал, что автору действительно необходим писательский билет - в качестве важного дополнения к книге. Этот советский подход к литературе очень пригодится. Есть удостоверение - ты писатель, нет - не писатель. Исходя из сказанного, Анатолий Иванов - безусловно, писатель.

А о писательском таланте говорить как-то непринято. Вместо этого употребляются понятия «актуальность», «откровенность», «смелость», «правдивость»...

Но, к счастью, у читателей всегда есть выбор. Читать ли им «патриота» Александра Бологова или космополита Владимира Набокова. Восторгаться ли им новой книгой православного мыслителя Игоря Смолькина или ограничиться прочтением переиздания Борхеса.

68.

ПРОЕЗЖАЯ МИМО
(«Городская среда», 2016 г.)

Андрей Оплетаев рассказал, что в его жизни и жизни группы «Психея», в которой он играет на басу, было всё, что можно только представить. Если говорить совсем коротко, то это «всё» уместилось в нескольких строках, рекламирующих новую книгу Андрея Оплетаева «Куда едет ночь в автобусе»: «Панк-рок и брейкбит, секс и свадьбы, драки с незнакомцами и рассветы на море, отравления и передозировки, ругань и веселье, тоска по дому и нежелание останавливаться, любовь и вечность, ненависть и преданность выбранному пути».

 О том, куда же едет ночь в автобусе, Андрей Оплетаев ещё и спел в галерее «Цех», расположенной в псковском драмтеатре. Ажиотажа в летний вечер, конечно, не было. Не всякому интересны чужие отравления и чужие передозировки. И всё же публика провела время не без пользы, интересуясь не только музыкальными и медицинскими, но и издательскими новостями.

Впрочем, я не уверен, что Андрей Оплетаев - писатель, скорее - он автор книг. Подходящее слово - мемуарист. И это тот случай, когда мемуары интересны «узкому кругу лиц» - поклонникам той же группы «Психея».  О времени они скажут меньше, чем о субкультуре.

В недалёком прошлом о своих поп и рок-кумирах фанаты узнавали, в основном, из журналов. Процветал жанр интервью. Но с некоторых пор спрос на такую продукцию резко упал. Это происходит не потому, что народу стало вдруг не интересна жизнь музыкантов, актёров и т.п. Просто теперь «кумиры» сами, напрямую, могут рассказывать о себе то, что захотят, не надеясь на журналистов, редакторов и прочих посредников. Необходимая информация доставляется через социальные сети и специальные сайты. Так что постепенно меняется способ передачи информации.

Однако самые дотошные не хотят ограничиваться блогами. Им подавай нечто материальное, прежде всего - книгу. И не какую-то, а хорошо изданную. Один из таких дотошных и требовательных людей - как раз Андрей Оплетаев. Во многом, его приезд в Псков связан с издательской деятельностью. Он сам издаёт свои книги и, главное, на них зарабатывает. Причём всем занимается сам. На книжные магазины не надеется, а рассылает свои книги читателям по почте, отчего ближайшее от его дома почтовое отделение в Петербурге, время от времени, занимается только рассылкой его бандеролей, и это вызывает недовольство пришедших на почту пенсионеров.

Рассуждать о достоинствах и недостатках книг Андрея Оплетаева бессмысленно. Здесь скорее важно другое: он, как и многие другие начинающие авторы, попробовал пойти очевидным путём: обратился в крупное издание. Но скоро ему стал понятно, что дело это - бесперспективное, денег не принесёт, а позор - скорее всего...

 Для крупных издателей важно вставить автора в какую-нибудь серию и для этого подогнать «книжный продукт» под нужный формат. «Продукт» - это не только обложка и название, но и содержание. Книги должны быть слегка похожи. Дескать, понравилась одна, понравится и другая... В этом весь смысл поп-культуры как таковой. Песни похожи одна на одну, сюжеты сериалов кочуют из фильма в фильм, всюду мелькают одни и те же артисты... В этом смысл массовой культуры  образца ХХI века. Индивидуальность не приветствуется. Это тем более забавно, что рыночная система в этой сфере в России совсем не развита. Однообразные поп-продукты (спектакли, фильмы, музыканты, писатели) не приносят сколько-нибудь большой прибыли или бывают убыточны. Не осталось ни одного общенационального писателя, певца, режиссёра... По этой причине для одних «Психея» - это главная группа страны, а другие о ней даже не слышали. И когда Андрей Оплетаев продаёт весь свой скромный, в сущности, книжный тираж и заказывает допечатку, - в типографии на него смотрят с уважением. Хотя продано, вроде бы, совсем ничего - тысяча экземпляров. Но попробуйте продать 1000 экземпляров, не имея доступа к книжным магазинам (в России в большинстве населённых пунктов книжных магазинов просто не существует, а те, что есть, продают большей частью макулатуру).

И вот появляется очередной автор, не претендующий на мировую славу, но не желающий подыгрывать жадным и не слишком дальновидным людям из издательского мира. Таких авторов в России сегодня наберётся немало. Некоторых из них даже можно читать.

69.

СВЯЗЬ С РЕАЛЬНОСТЬЮ
(«Псковская губерния», 2016 г.)

Андрей Оплетаев: «Я писатель, которого создала читательская аудитория»

Во второй книге бас-гитариста группы «Психея»  Андрея Оплетаева имеется предостерегающая надпись: «Внимание, отсутствует нецензурная лексика». Об этом автор рассказал в Пскове, когда распаковывал пачку своих книг («Это становится опасным. Записки проезжего музыканта» и ««Куда едет ночь в автобусе»). О своей первой книге он тоже упомянуть не забыл. Он её написал «после потока просьб: «Напиши книгу о группе!». К тому времени Андрей Оплетаев публиковал заметки в своём блоге, и у него уже была репутация человека, складно умеющего составлять слова в предложения.

«Псков меня сильно поразил...»

На встречу с Андреем Оплетаевым в театральную галерею «Цех» пришли человек тридцать. Одни явились послушать музыканта известной группы («Психея» несколько лет назад считалась чуть ли не самой популярной альтернативной рок-группой России), другие были намерены услышать «писателя Оплетаева», обещавшего поделиться издательским опытом и рассказать о том, как написать книгу.

Писатель-бас-гитарист приехал в Псков по той же причине, по которой этим летом сюда приезжали «самый добрый кондуктор», «художник-авантюрист» и другие неофициальный лица. Так работает «образовательная программа» «Ветка». «Ветку» протянули из Петербурга в Псков, откуда на выходные бесплатно приезжают небезынтересные деятели культуры или, скорее, субкультуры. Здесь они в драмтеатре читают лекции, рассказывают о своих занятиях, кое-кто устраивает мастер-класс («Психея» хоть и родилась в Кургане, но музыканты с 2000 года живут в Петербурге).

Начал Андрей Оплетаев не с лекции, а с песен, но не группы «Психея», а из будущего альбома группы «Тсезарь», где он лидер. Кроме того, Андрей Оплетаев исполнил песню Виталия «Гребенщика» Гребенщикова с альбома «Местоимение», который  сильно рекомендовал послушать.

Если почитать тематические интернет-форумы, то легко обнаружить восторженные отзывы слушателей «Психеи» типа: «Круче псиХеи нет ничего!!!» или даже «W.W.W. (Wой Wаленький Wир)» - лучшее из музыки ВООБЩЕ». У музыкантов «Психеи» имеется опыт выступления на одной сцене с группами Rammstein, Therapy?, Korn, Soulfly... Так что нет ничего удивительного, что книги пишущего бас-гитариста пользуются   некоторым спросом. Автор постоянно бегает на почту и рассылает книги своим читателям, заказавшим экземпляр. Фанаты - люди страстные и нежадные. Тем более что в очередной книге Андрей Оплетаев описал гастрольный тур «Психеи» и другой альтернативной  группы «Последние Танки в Париже» Лёхи Никонова (два года назад на сцене псковского драмтеатра показывали панк-оперу «Медея», написанную лидером «Последних танков в Париже»). Какой-нибудь отчаянный фанат непременно напишет, что круче писателя, чем Оплетаев, нет вообще, и не было никогда.


Альтернативность «Психеи» в 2010 году привела к тому, что их композиция «Убей мента» решением Дорогомиловского районного суда Москвы признали экстремистской и заботливо внесли в Федеральный список экстремистских материалов, опубликованный на сайте Министерства юстиции России. Из-за этой песни был некоторое время заблокирован известный сайт last.fm. После запрета популярность песни только возросла.

Впрочем, Андрей Оплетаев не выглядит эпатажно. С виду - обычный тихий бородатый мужичок с серьгами в ушах. Много шутит. Не чужд семейным ценностям: постоянно упоминает о жене, сыне, родителях, дедушке, родном городе... Псков ему понравился настолько, что он стал подумывать перевести сюда на жительство родителей из Кургана - поближе к Петербургу («Я видел больше 400 городов, но Псков меня сильно поразил. Тут очень похоже на Прибалтику или Финляндию, и к тому же чистота - редкая примета для России»). Сразу видно, что Андрей Оплетаев не видел Пскова тридцатилетней давности. Сегодня наш город несравнимо грязнее.

Пока Андрей Оплетаев пел и рассказывал о том, как с наименьшими издержками издать в России книгу, за окном сидела на театральной скамейке его жена Катя с маленьким ребёнком в коляске - ждала мужа. Бас-писатель назвал свою жену «директором по связям с реальностью».

Последовали пояснения: «Мне, для того чтобы быть писателем, достаточно сидеть у окна и ничего не делать, а у женщин всё более конкретно...». В общем, жена Андрея Оплетаева считала и продолжает считать, что для писателя важны книги. Если они есть и их можно пощупать-полистать-почитать, то ты писатель.

Теперь всё это Андрея Оплетаева есть.

Свою псковскую встречу он начал с того, принялся распаковывать пачку книг, как он выразился: «Разжигать потребительский интерес».

По словам Андрея Оплетаева, его песни - продолжение книг, а книги - продолжение песен. В любом случае, темы пересекаются. Иногда абзацы и куплеты совпадают.

«Надо изменить обложку, название и текст...»

Несколько человек, по всей видимости, пришедших послушать не музыканта, а писателя, предпочли покинуть зал галереи «Цех» досрочно. Судя по всему, музыкальное творчество заезжего гостя их не вдохновило. Это они ещё не слышали вживую пост-индастрил «Психеи». Но большинство слушателей осталось. Андрея Оплетаева спросили: будет ли он сегодня исполнять песни «Психеи»? «Я не помню, чтобы я пел песни «Психеи», - ответил он, дав понять, что не надо путать творчество Дмитрия «Фео» Порубова и Андрея «Слесарь» Оплетаева. В группе «Психея» Андрей Оплетаев не автор, а бас-гитарист. И совместительству летописец.

Первая книга у Андрея Оплетаева получилась нецензурная. «Мне было странно писать не тем языком, каким мы говорим в группе, - объяснил автор обилие нецензурной лексики. - Когда мы в группе, то между собой разговариваем разнузданно, как сапожники. Если бы я писал не так, то это было бы нечестно. Я хотел, чтобы не было никаких недоговорок». По этой причине он полгода не показывал книгу своим родителям. Но потом показал, обратившись к своей маме: «Ты всю жизнь в Кургане, в посёлке энергетиков. Что тебя здесь смущает?». Отца-сварщика, который тоже был несколько смущён, он убеждал так: «Ты - сварщик ТЭЦ. Покажи, где ты увидел в книге то, что не слышал в жизни?» Тем не менее, в следующих книгах нецензурной лексики нет.

Означает ли это, что Андрей Оплетаев стал писать нечестно?

В первой своей книге ему нравятся даже опечатки. Они бы ему нравились значительно меньше, если бы это были не его опечатки, а всё шло именно к этому.

Первоначально рок-автор обратился в крупное издательство, с которым вёл «тяжёлые и долгие переговоры». «Очень классная книга, - говорили ему. - Только надо поменять название». Начинающий автор решил провести эксперимент и со всем соглашаться, желая увидеть, к чему это приведёт. Было предложено новое название: «Внимание, опасность», а саму книгу собирались вставать в серию «звёзд русского рока». На обложку предполагалось поместить рекламу «Нашего радио». «Но мы же у них в чёрном списке»? - удивился Андрей Оплетаев.

Аляповатой обложкой дело не ограничилось. Текст был испещрён исправлениями. Появились такие пассажи: «На концерте мы славно оттянулись...» «Я даже не знаю человека, который знает такую фигуру речи», - прокомментировал бас-гитарист «Психеи». - В какой-то момент кажется, что ты читаешь журнал «Ровесник» - так там всё классненько...». В одном из рассказов Андрея Оплетаева говорится, с чем он столкнулся: «Надо изменить обложку, название и текст на любовный детектив, получить три копейки и никогда о себе не напоминать. В идеале».

До «идеала» автор не дотянул и сошёл с дистанции. Дело закончилось тем, что книгу он издал сам - с той обложкой, какую хотел он, с подходящим ему названием, на качественной бумаге... Можно сказать, что воплотил в жизнь мечту своего деда, который хотел быть писателем... На минуту Андрей Оплетаев переключился на рассказ о деде, служившим на Дальнем Востоке, на острове... «Вместо трёх лет ему пришлось провести там четыре, потому что пароход не пришёл».

Во время подготовки к изданию Андрей Оплетаев «окончательно понял, что любит действовать в одиночку». За 38 лет жизни он сменил больше 50 работ, но если судить по трудовой книжке, то работал всего два месяца. В трудовую книжку профессию «писатель», а ещё лучше - «русский писатель», ему тоже никто не впишет, но деньги, на которые можно жить, он уже зарабатывает. Точнее, схема выглядит следующим образом: объявляется сбор денег от всех желающих на издание книги. Желающие находятся (деньги собрали за два дня). Всё остальное - это подготовка к печати и распространение. Свой первый тираж весом в 600 килограмм он таскал туда-сюда к себе домой на 4-й этаж, проделав этот путь в день презентации 50 раз. В тот день на гитаре он уже играть не мог.


На пике популярности, по словам Андрея Оплетаева, музыканты «Психеи просто швырялись деньгами», понимая, что «стали главной группой в стране».

Нынешние литературные заработки - не такие большие, они «не шальные» и «нравятся новоявленному литератору значительно больше». Издание первой книги помогло рассчитаться с долгами и издать следующие вещи. Правда, сами книжные тиражи в России - ничтожные. За тираж в 1000 экземпляров, распроданный за полгода (потребовалась допечатка), в типографии на автора стали смотреть с уважением.

Что же касается собственно рока, то в книге «Куда едет ночь в автобусе» Андрей Оплетаев написал: «...Вот что мы думаем об осторожных музыкантах? - Г... - А что мы думаем о тех, кто играет свой рочок по правилам? Г... - Именно. Нельзя прийти в рок и «принять правила игры». Это чушь и г... В рок не приходят по правилам. В роке оказываются внезапно, когда правила отрицают как явление. Это аксиома. Нет запасного входа. А всё остальное, это не рок, по сути. Это «музыкальный жанр». Всё равно, что игру в прятки выдавать за участие в боевых действиях...». 

Звучит красиво, хотя и несколько пафосно.

***

После окончания  встречи с потенциальными читателями, писатель Оплетаев собирался подойти к главному входу Псковского  академического театра драмы им. А. С. Пушкина и сфотографироваться (встреча происходила в соседнем корпусе). «Всем навру, что я там выступал», - автор книги «Это становится опасным».

70.

КНИГА КАК ОРУЖИЕ
(«Городская газета», 2004 г.)       

 «Книга как оружие». Плакат с такими словами был одним из наиболее ярких на Московской книжной ярмарке. В дни, когда террористы взрывали самолёты и захватывали заложников, в этих словах был дополнительный смысл.      

Семнадцатый год проводится в Москве Международная книжная выставка-ярмарка. Событие это уже давно превратилось из собственно книжного в общекультурное. Так или иначе, считают необходимым участвовать в работе ярмарки не только ведущие писатели, но и артисты, политики, телезвезды... Пожалуй, такого количества знаменитостей сложно встретить где-либо ещё. И не просто встретить, но и пообщаться.

В этом году в двух павильонах на ВВЦ представляла свою продукцию 81 страна. А начиналось все 1 сентября. На Новой сцене Большого театра проходила церемония вручения призов по итогам конкурса «Книга года -2004». Ведущими церемонии были Нелли Петкова и Леонид Парфенов. Главный приз - драгоценное яйцо работы петербургского ювелира, кавалера Ордена Карла Фаберже Андрея Ананова - получил вводный том Большой Российской энциклопедии «Россия». Приз вручал Михаил Горбачёв. На сцену выходили Анатолий Чубайс, Эдвард Радзинский, Константин Эрнст...  В номинации «Проза года» приз достался Людмиле Улицкой за роман «Искренне Ваш Шурик». Всех призеров называть не будем, но особо хочется отметить Евгения Гришковца, чей первый роман «Рубашка» победил в номинации «Дебют». Через два дня он встречался с читателями на стенде издательства «Время».

Секреты популярности

Теперь непосредственно о работе ярмарки. Очевидно, что книг в России издают всё больше, и качество полиграфии растёт. Как растёт и конкуренция, отчего презентации книг часто превращаются в шоу. В этот раз, впрочем, как и в прошлом году, было очень заметно  присутствие стенда издательства «Эксмо». Одним из главных действующих лиц была автор детективов Татьяна Устинова, ведущая беседу со специалистом по виноделию. Всё это транслировалось на большом экране.

Все желающие могли попробовать дорогие сорта вин и закусить соответствующими этим винам сырами. Часа через полтора Татьяна Устинова, наконец, вспомнила, что она ещё и автор собственных книг и ответила на вопросы журналистов. В частности, секрет успеха своих произведений она объяснила просто, приведя цитату из Бориса Акунина: «Надо уметь интриговать, смешить и немного пугать». При этом Татьяна Устинова добавила, что «Акунин имел в виду не читателей, а женщин». На вопрос о телевизионных проектах, она ответила, что «не понимает причин успеха сериала «Всегда говори всегда», поставленного по её книге. «Хотя по рейтингам он превзошёл «Бригаду». Если бы я знала, в чём причина огромной популярности, то продолжала бы работу на телевидении». Правда, она тут же добавила, что к выходу на экран готовится ещё один её фильм.

У каждого свой читатель      

В работе выставки принимали участие люди, чьи имена трудно себе представить в одном ряду. Например, в «Олме-пресс» представлял книгу анекдотов небезызвестный пошляк Роман Трахтенберг, а на стенде журнала «Знамя» - мудрец Фазиль Искандер. Автор бестселлеров «Библия любви» и «Азбука жизни» Владимир Лермонтов и генерал-лейтенант Макаров, написавший мемуары о деятельности Генерального штаба, наверное, в упор бы друг друга не заметили. Но у каждого из них есть свой читатель. И, судя по тиражам, не один.

Как обычно, наибольшее внимание приковывалось к авторам женских детективов -  Поляковой, Александровой, Балычевой. Но хотелось бы выделить имя другого автора - Елены Хорватовой, чьи исторические детективы замечены не только в России. Недавно ее перевели в Германии, а вот во Франции - перспектив меньше. Как сказала Елена Хорватова, «это произошло после того, как там не имели успеха книги Акунина». У каждой нации - свои книжные вкусы. Например, китайцы издали уже 24 романа Марининой, а итальянцы - «всего» семь. И больше переводить не хотят. В прошлом году на ярмарке всеобщий интерес  вызвал приезд Паоло Коэльо. В этот раз  из звёзд европейской величины был Карл Иоганн Вальгрен.

Торжество демократии

И вообще, книжная ярмарка - это торжество демократии. Здесь мирно уживаются мусульмане и иудеи, католики и православные. Как всегда - очень активны представители секты Рона Хаббарда. Как раз неподалеку от стендов с израильской литературой расположился известный русский «художник-патриот» Илья Глазунов. Он написал книгу «Россия распятая». Планируется выход ещё двух томов. А пока русские «патриоты» обсуждали судьбу прошлого и будущего России («после распятие следует воскрешение», пояснил Илья Глазунов), поблизости автор и исполнитель Александр ОШеннон устроил антипрезентацию  книги «Антибард» с антиинтервью и антистриптизом. Павел Шеремет и Борис Немцов представляли антилукашенковскую книгу «Случайный президент». И делали это прямо в самолёте, который стоит на ВВЦ. Как раз там, где ещё недавно находился Эдуард Лимонов.

Одной из самых ярких была экспозиция украинской книги, а на ней - новые литературные знаменитости. Например - двадцатилетний Любко Дереш, автор романа «Культ», который он написал в 16 лет.

Чтобы привлечь к себе читателей, издатели устраивали конкурсы и лотереи. Пожалуй, наибольшую активность проявило издательство «Омега». Любой, кто купил книгу «Омеги», автоматически становился участником денежного розыгрыша. Так что некоторые читатели уходили с ярмарки не только с мешком книг, но и с солидной суммой денег. Впрочем, их можно было оставить тут же - в последнее время в России появилось очень много качественных новинок, мимо которых очень трудно пройти. По словам Генерального директора ММКВЯ Николая Овсянникова, «желающих участвовать в ярмарке так много, что со следующего года работа будет проходить не в двух, а в трех павильонах».

И напоследок следует сказать, что в работе ярмарки принимали участие не только издатели, но и те, кому эти книги продавать. Собственно, в этом как раз и есть главный смысл ММКВЯ. И это значит, вскоре лучшие книги-новинки появятся и в Пскове. Мы даже знаем - где именно.

71.                                                         

ПСКОВСКИЙ «ЕДИНОРОГ» ПРОБИЛ СЕБЕ ДОРОГУ
(«Городская газета» 2004 г.)                  

В этом году произошло очень важное для развития псковской полиграфии событие - впервые Псковская областная типография представляла свою продукцию на собственном стенде  Московской Международной книжной выставки-ярмарки. Среди участников - крупнейшие российские издательства и книготорговые фирмы, представители 81 страны.  И можно с уверенностью сказать, что псковские издания на этом ярком фоне не затерялись. «Городская газета» не могла обойти  это событие стороной. Мы встретились с директором областной типографии Сергеем Беговчим в Москве в тот момент, когда можно было уже говорить о некоторых итогах. В беседе принимал участие Алексей Кондратьев, директор Облроспечати.

Корр.: Сергей Александрович, участвуют ли в ярмарке другие областные типографии, кроме псковской?

С.Б.: Есть представители крупных регионов. Но это, как правило, бывшие  «советские монстры» - Самара, Ульяновск... К нашему стенду - достаточно большой интерес, толпится народ... То ли это связано с тем, что мы делаем, то ли просто народ приходит и удивляется: «В Пскове, оказывается, люди есть... Или: а где это на карте - Псков? А вот они еще и книжки издают. Чудеса!»... Мы довольны ярмаркой. Удача к нам пришла еще в прошлом году.

Напомним читателям, что в прошлом году областная типография впервые громко заявила о себе. Псковское издание номинировалось сразу по нескольким категориям.

Корр.: А чем псковская типография отличается от других?

С.Б.: Если чем мы и отличаемся от других типографий, так это тем, что  делаем СВОЙ ПРОДУКТ.  В этом году, к сожалению, только одна книга попала в так называемый шорт-лист. Это книга известного переводчика Григория Михайловича Кружкова с иллюстрациями замечательного художника Сергея Любаева. Мы ее сделали с сентябре прошлого года. В номинации художник-иллюстратор она вошла в первую тройку. К сожалению для нас - победила другая книга. Поначалу мы немножко горевали, но потом решили - приедем в следующий раз и победим. Награда найдет героя.

Директор Облроспечати Алексей Кондратьев отметил, что « в этом году фурор на псковском стенде произвела новая книга Дмитрия Галковского», презентация которой происходила 2 сентября. Заметным явлением стало и издание CD - Сергей Юрский читает «Графа Нулина» Александра Пушкина.

Корр.: Сергей Александрович, расскажите о вашем сотрудничестве с «Роспечатью».

С.Б.: Для нас это серьёзный партнер по бизнесу. Алексей Олегович Кондратьев работает с нашей продукцией - с открытками, календарями, буклетами. Причем, не всегда исходя из прибыли предприятия. ... Кошечек и всякую другую пошлость издавать и продавать выгоднее. Алексей Олегович, в ущерб своей прибыли, продает не трехрублевый календарик с видом пошлой кошечки с бантиком, а календарь с псковскими видами.

Долгое время книжная продукция из Пскова воспринималась как исключительно провинциальная. В ней был некий местный колорит. Мило, но и только. В последнее же время с областной типографией сотрудничают звёзды российской величины - Кружков, Юрский, Галковский... И если они выбирают не Москву, где около 4 тысяч издательств, а наш Псков, значит наша типография чем-то отличается от остальных в лучшую сторону. Можно было бы сказать - чем именно. Но это было сделано и без нас, и именно в тот день, когда  происходила наша встреча с Сергеем Беговчим. Псковская областная типография получила Специальный диплом государств-участников Содружества независимых государств. Её присудил Международный совет по сотрудничеству в области периодической печати, книгоиздания и полиграфии за  книгу «Единорог» (английские и ирландские стихи сказки). Конкурс назывался - «Искусство книги».

72.

АТАКА ВЕЕРОМ
(«Городская газета», 2005 г.)

В Москве завершила свою работу XVIII Московская международная книжная выставка-ярмарка. В ней принимали участие издательства более пятидесяти стран мира, в том числе и псковичи.

Как издать миллион

Самым популярным предметом на ярмарке был веер. Если не считать книг, конечно. Похоже, традиционная духота в павильонах бывшей ВДНХ неистребима. Российский книжный рынок, в некотором смысле, тоже задыхается. Наименований книг становится все больше, а читателей - все меньше. Тиражи понемногу снижаются. Однако не у всех. Дэн Браун со своим «Кодом да Винчи» заткнул за пояс даже Донцову. На ярмарке этот роман признан бестселлером года. В России выпущено и, надо полагать, продано миллион экземпляров. Для сегодняшней России это цифра невероятная. Тираж нормальной, то есть не раскрученной за большие деньги книги сейчас редко превышает 3-5 тысяч экземпляров. Выпустить в наше время книгу - событие ординарное и сравнительно недорогое. Другое дело - продать ее и заработать на этом. Тут в ход идет все что можно. Любые методы хороши, чтобы атаковать читателей. Скандалы. Ток-шоу. Создание фиктивных издательств-однодневок. Гигантские банеры. Установить один такой банер в Москве, пожалуй,  дороже, чем издать саму книгу.

Читать можно и модно

Есть еще несколько альтернативных ходов к писательской популярности, с деньгами связанных опосредованно. В этом году очень заметными персонами на ярмарке были Алексей Иванов и Михаил Шишкин. Их романы миллионными тиражами, конечно, не продаются, но и прозябать в безвестности писатели не намерены. Оба - провинциалы. Один - из далёкой Перми, а другой живет чуть поближе - в Цюрихе. Но на их стороне оказалась российская книжная пиар-элита, формирующая читательское мнение. Деньги тут, разумеется, тоже замешаны. Но и литературные пристрастия критиков учитывать приходится. В итоге появляется литература, которую «читать модно». А узнают об этом читатели из газет и телевизионных новостей. В этом году модно читать Михаила Шишкина. Букеровский лауреат совсем недавно получил ещё и премию «Национальный бестселлер».

Пушкин - это наш брэнд

Приятно было обнаружить на ярмарке псковский стенд, а точнее - стенд государственного музея-заповедника А.С.Пушкина «Михайловское». Сильный ход. Пушкин до сих пор ещё знаменит. Почти так же, как и Донцова. Это была первая попытка пушкиногорцев пробиться на мировой книжный рынок с помощью московской книжной выставки-ярмарки. И набор их продукции впечатлял. Во всяком случае, в псковских магазинах подобного обнаружить вам не удастся. Начальник отдела книжного фонда музея-заповедника А.С.Пушкина «Михайловское» Людмила Беляева отметила: «Интерес к нашим книгам есть. Для некоторых стало открытием то, что мы издаем свои книги. Я не говорю о тех, для кого стало открытием то, что такой музей как «Михайловское» вообще есть... Все представленные здесь сборники - результат работы наших сотрудников. На ярмарке очень хорошая возможность обмениваться литературой и распространять ее в других регионах». Пушкиногорцы показали на ярмарке не только книги, но и видеопродукцию о своем музее, в том числе и на DVD.

Слушать подано

Ярмарка - это еще и возможность столкнуться с теми, кто в обычной жизни вам вряд ли попадется. Во всяком случае, в ближайшей булочной вы их вряд ли встретите. На квадратный метр концентрация знаменитостей в павильонах бывает немалая. Марина Влади, Сергей Юрский, Тонино Гуэрро, Олжас Сулейменов, Юлия Бордовских, Александра Маринина, Дарья Донцова, Оксана Робски, Алексей Слаповский... Не все они - писатели. Но все они пишут книги. Один читатель не мог поверить, что видит Бушкова. Живого Бушкова! «Как? - бормотал он. - Это Сам Бушков? Не его представитель, а лично ОН?!» Ему, видимо, казалось, что это всё-таки Наместник Бушкова на Земле. А стеснительный Бушков тем временем без устали подписывал разоблачительную книгу про нынешнюю власть.

Ещё одна особенность этого книжного сезона - наступление аудиокниг. На помощь призываются известные артисты. Едешь ты, к примеру, в машине, и слушаешь «Мёртвые души» как его там... да, Гоголя. Да что там Гоголя - саму О. Робски! И понимаешь, что с каждым километром, с каждым светофором, с каждой автомобильной пробкой становишься умнее и духовнее. И никакого русского шансона.

73.

ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ
(«Городская газета», 2006 г.)

Традиции без особых причин менять не следует. Вот я и не стал менять, отправившись на Московскую международную книжную выставку-ярмарку. Собственно книги меня на этой ярмарке интересуют куда меньше, чем люди, эти книги представляющие. Книги рано или поздно до Пскова дойдут, а вот многие авторы - вряд ли. С некоторыми я давно знаком и это едва ли не единственный способ с ними пообщаться. Хотя деловые встречи прежде всего.

Книжный ряд

 Целый год люди где-то живут (в Нью-Йорке, Париже, Новосибирске...), пишут книги, ставят рекорды, участвуют в выборах, снимаются в фильмах... Но наступает сентябрь, и они все почему-то съезжаются в павильоны бывшего ВДНХ. Концентрация знаменитостей на квадратный метр впечатляет. Впрочем, когда известных людей так много, их почти не замечаешь. Точнее, замечаешь, но воспринимаешь их как обыкновенных людей. Они и есть - обыкновенные люди. Со своими слабостями. И одна из слабостей - желание написать книгу. Так сказать, приобщиться к чему-то вечному. Встать, что ли, в один ряд с Толстым и Диккенсом.

Затоваренная бочкотара

В этот раз в Москве были представлены издательства 56 стран. Посетителей на выставке-ярмарке за пять дней работы побывало около трехсот тысяч. Книг в России с каждым годом издается все больше. А число читателей неуклонно уменьшается. Падают тиражи. Образно говоря - с грохотом падают. Книг за два года стало издаваться на пятьдесят миллионов экземпляров меньше. Зато наименований - больше. Сто экземпляров, двести, триста... 37 % взрослого населения книг не читает вообще. 52 % - никогда их не покупает. Постепенно писателей становится больше, чем читателей.

Артисты, спортсмены, политики, телеведущие... На книжной ярмарке попадаются даже писатели. Правда, с каждым годом они все больше уходят в тень. На первый план выходят

шоумены средней руки. Модные психологи. Конечно же, политики. И еще - производители бестселлеров, которые абсолютно уверены, что они и есть настоящие авторы настоящих книг.

Уроки французского

В этом году на ярмарке проходили Дни Франции. Приехали и знаменитости европейского масштаба - Бернар Вербер, Давид Фонкинос, Шан Са (та самая Шан Са, которая лет десять назад сбежала из Китая и стала во Франции своей).

Шан Са оказалась милой барышней, бойко говорящей по-французски. Особенно ей удался рассказ о том, чем отличается коммунистический Пекин от демократического Парижа. Она представляла свой роман «Императрица», вышедший на русском языке. Кстати, в интервью Шан Са без излишней скромности сравнила себя с Екатериной Второй, которая тоже приехала в чужую страну и стала Великой. Но значительно важнее были слова Бенуа Ивера - президента Национального центра книги Франции. Он вспомнил 70-е годы прошлого века. Тогда, в разгар кризиса, французское государство обратило внимание  на книжную торговлю, организовав специальные программы поддержки. Сейчас Национальный центр книги выдает гранты не только для авторов и переводчиков, но и для издателей и книготорговцев. Выслушав г-на Ивера, начальник Управления периодической печати, книгоиздания и полиграфии Роспечати Нина Литвинец отметила: «Если не будет независимых книжных магазинов, то возникнут проблемы у маленьких издательств, а значит, перестанут появляться новые независимые авторы».

Во Франции государство не самоустранилось, понадеявшись на дикий рынок. И в результате такой поддержки французский книжный бизнес и книжная культура не то что выжили, а начали процветать. Сегодня книжная отрасль занимает 8 % от всего французского рынка, причем с каждым годом она развивается все динамичнее.

В России, вроде бы, тоже развивается. Но особым образом. Новосибирская книготорговая компания «Топ-книга» (кстати, совсем недавно закрывшая свой магазин в Пскове) провела на выставке целый семинар «Возврат книг: желание или неизбежность». По мнению менеджеров «Топ-книги», сейчас в России издаётся около двухсот тысяч наименований книг в год (по официальным данным - в два раза меньше. Остальные наименования утаиваются). Книг стало так много, что склады переполнены. Читателей просто не хватает. Ждать, пока они появятся - мало кто хочет. Да и откуда им взяться в современной России? Издатели навязывают магазинам все новые тиражи. Директора магазинов мечтают о том, чтобы вернуть книги издательствам. Те сопротивляются. Добавим сюда, что рынок переполнен не просто книгами, а беспомощными детективами и дамскими романами. Это и есть на сегодняшний день читающая Россия.

Нежность - сестра таланта

В этот раз наиболее помпезно, если не сказать - пошло (а почему бы и не сказать?) на выставке-ярмарке выглядело издательство «РИПОЛ классик». На подиуме, рядом с манекенами, фланировали слегка одетые девицы, время от времени читающие вслух книги. В центре внимания был представитель издательства в черном смокинге с бабочкой и в белых шортах (чуть позднее он приоделся - напялил белый балахон, а над головой у него появился венец). Это шло представление двух модных авторов - Маши Царевой (роман «Московский беsтиарий») и Наташи Маркович (роман «ANTICASUAL - уволена, блин»).

Чтобы всем было понятно, что Наташа и есть поджигательница антигламурной революции - посетителям раздавали коробки спичек с обложкой книги «ANTICASUAL». А с подиума Наташа Маркович разыгрывала свой новый шедевр. Чтобы заполучить этот роман, надо было задать что-нибудь остроумное. Самый остроумным был признан вопрос: «Вы замужем?» Какой писатель, такие и читатели.

«Мы с Оксаной Робски на пару устроили две нежные революции - гламурную и антигламурную, - кокетничала Наташа Маркович. - Я думаю - революции обе полезны. Это же две стороны нашей жизни. Пускай будет и та, и другая. Я вообще очень мирный человек».

Пульт одурения

Тем временем неподалеку шла «раскрутка» ещё одного опуса под названием «Фондурин», представленный как «первый в России роман-микст». Ди-джей управлял пультом, клоун играл на трубе, матросы пели куплеты, Ильич в кепке картавил - звал куда-то... На улице   возле броневика стоял солдат в шинели и тоже прозрачно намекал, кто назначен в России новым супергероем. Фондурин призван затмить Фондорина. Если спонсоры не пожалеют денег - может и затмит. Дело ведь не в таланте.

Издалека доносился голос Владимира Шахрина (группа «ЧайФ»). Шахрин тоже написал книгу и приехал её представлять.

Остался ли ещё кто-нибудь в России, кто не написал хотя бы одну книгу?

Продолжение следует.

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий