Сохрани это чувство. Джаз. Часть II

Дебора Браун(Окончание. Начало в № 541). Джазовых концертов в Пскове проходит не так много. И всё же такое случалось. Часть текстов о джазе были опубликованы в других сборниках. В частности, рассказы  о концертах фестиваля Crescendo. Здесь публикуются статьи о джазе, написанные начиная с 2005 года. В первой части: Майк Эллис, Тай Стивенс, Стив Кершоу, Питер Сверд,  Мэдс Ольсен , Hadouk Trio, Леонидас Шинкаренко, Олег Бутман, Гейл Петтис, Мишель Уокер, Леонид Винцкевич, Николай Винцкевич... Во второй части: Давид Голощёкин, Дебора Браун, Томаш Шукальский, Андрей Кондаков, Яков Окунь, Дмитрий Мосьпан,  Jazz-Modus, Альберт Федосеев, Алик «Никитон»...

15.

ОСОЗНАННАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ
(«Городская газета», 2008 г.)

В Пскове состоялся концерт Деборы Браун и трио Якова Окуня.

В день псковского концерта Деборы Браун я возвращался домой из Москвы.

- Контрабас,  - представился сосед по купе.

Это был первый «контрабасист», которого я увидел в прошедшие выходные. Имелся в виду солдат-срочник.

Вторым котрабасистом (без всяких кавычек) оказался Макар Новиков из трио Якова окуня. Трио сопровождало американскую джазовую певицу в гастролях по России. Переполненный Большой концертный зал Псковской областной филармонии увидел и услышал Макара Новикова и всех остальных 30 ноября.

На контрабасе Макара Новикова висел зелёный колчан, в котором находился его смычок. Время от времени он его доставал и прикладывал к струнам... Пальцы левой руки трогали струны, словно нащупывали пульс у бегемота... Нащупать пульс у огромного бегемота, поймать нужную волну в мутном озере, в котором он плещется, - это и есть, видимо, сущность джаза. Свинг должен родиться прямо в тебе. У музыкантов, у слушателей.

Слова на сцене в этот вечер произносили только двое: барабанщик Александр Машин (успевший в разное время поиграть, несмотря на возраст, с Игорем Бутманом, ансамблем «Аллегро», Алексеем Кузнецовым, Владимиром Данилиным, Аркадием Шилклопером, Валерием Пономарёвым, Бенни Голсоном, Дугом Рейни...) и сама Дебора Браун.

Дебора Браун произносила по-русски: «хорошо» и «шикарно». Относилось это, в первую очередь, к игре музыкантов, которые заслуживали самых громких слов. Но я пишу рецензию поздно вечером. Громкие слова после одиннадцати вечера произносить нельзя. Поэтому можно ограничаться тем, что сказхать: наконец-то кто-то показал, чем отличается настоящий джаз от российского ресторанного джаза. Внутренним содержанием. Внутренней свободой. Люди на сцене настраивались на музыку, а не на публику.

Якова Окуня иногда называют лидером современного российского джаза. Что ж, похоже на то. Причём, это явно неформальный лидер, без склонности к показательным выступлениям. Он, наверное, осознаёт, что джаза можно развивать, не смешивая его со смежными направлениями. Резервов ещё достаточно.

Дебора Браун - одна из тех певиц, кто не исполняет джаз, а варит его, как ужин для своей семьи. Прямо на сцене. Временами она перестаёт ловить ту самую нужную волну, а сама этой волной становится. Если она поёт my heath, то поёт о своём сердце, своим сердцем. И если поёт my soul, то имеет в виду свою душу. И ничью другую. Она поёт о себе. Даже если в песне вообще нет слов и певица перключается на скэт - птичий язык джаза.

Хотя в антракте зрители всё-таки смущённо говорили друг другу: «Голос не очень...» Другие, правда, отвечали: «Голос?! Не голос, а голосище! Какой диапазон!...»

Нет, дело было не в диапазоне. И уж тем более не в громкости. Дебора Браун радовалась и грустила, а не демонстрировала вокальные возможности.

Этот концерт напомнил мне июньское выступление в России Боба Дилана. Он тоже не следовал им же протоптанным путём. Не играл с публикой. Знаменитые мелодии маскировал как мог. То есть исполнял музыку как хотел, а не так, как надо, как ждут и надеются. Не так, как кому-то привычно. Это и есть свобода.

В репертуаре Деборы Браун - самые что ни на есть знаменитые стандарты. Summertime  Джорджа Гершвина, Caravan Хуана Тизола... Она и остальные музыканты трио прокатились по этим стандартам с удовольствием. Делали неочевидные смещения. Почти всегда меняли темп и никогда - его не теряли.

Особенно заманчиво прозвучала во втором отделении «Девушка из Ипанемы» Антониу Карлоша Жобима. В разных версиях я слышал эту мелодия, наверное, раз сто. И последние года три-четыре слышать босанову Жобима просто не мог, настолько она надоела. Но на этот раз квартет сделал почти невозможное - оживил «Девушку из Ипанемы». Сделал ей искусственное дыхание. Оказывается она не захлебнулась в прибрежных волнах, а по-прежнему свежа и красива. Tall and tan and young and lovely // The girl from Ipanema goes walking // And when she passes, each one she passes goes //  A-a-ah!..

... Дебора Браун держала микрофон, как флакон с духами и - то отстраняла его от себя, то снова «принюхивалась»... Это было почти всегда, если только ей не выносили на сцену розы. Роз, в общей сложности, собралось шесть, и все белые.

Атмосфера не наигранного праздника сопровождала весь концерт до последней минуты. Я ещё раз бросил взгляд в переполненный зал. Там мог быть кто угодно, но только не «контрабас» из поезда. У него своя музыка. И вообще, у каждого - своя музыка. Главное, купить нужный билет и не опоздать к началу.

16.

 

ПОДХОД К ДЖАЗУ
(«Городская среда», 2017 г.)

Было ли это великолепно? Не думаю. Но это было неплохо, что по нынешним временам почти хорошо. После того как я после концерта произнёс это самое "неплохо", то услышал в ответ от хорошего человека, что от меня, наверное, похвалы никогда не дождёшься. Но так вот она - похвала! Неплохо! Не надо пафоса, не надо громких слов и бешеных рукоплесканий. Не надо ненатуральных криков «Браво!» Если бы всё вокруг делалось хотя бы неплохо, то вокруг стало бы совсем хорошо/.../

17.

ДВОЙНАЯ ПОРЦИЯ ТЕКИЛЫ
(«Псковская губерния», 2017 г.)

Если когда-то джазом пугали, то сейчас он скорее бодрит, утешает или расслабляет

С джазом симфонический оркестр Псковской областной филармонии был связан с момента своего появления. Двадцать лет назад оркестр ещё назывался «Псковский симфонический», а дирижировал им тогда Аркадий Галковский - самый заметный псковский джазмен последних десятилетий. Но и в дальнейшем, при разных дирижёрах оркестр ненадолго, но регулярно превращался в эстрадно-симфонический. В биографии псковского оркестра имеются полноценные джазовые страницы. Например, программа «Симфоджаз и звёзды Нью-Йорка». Так назывался концерт, сыгранный в 2013 году в рамках фестиваля  Crescendo.* За год до этого псковский оркестр тоже принимал участие в джазовом концерте Crescendo.** Арт-директор Денис Мацуев тогда сказал: «Каждый раз мы ищем разные подходы. Мы знаем об успехах вашего оркестра. Не включить его в программу было невозможно».

Любите ли вы джаз?

Разные подходы с той поры продолжают искаться. Сегодня оркестром руководит не Геннадий Чернов, как в 2013 году, а Эдуард Банько. Вечером 7 марта 2017 года в БКЗ Псковской филармонии оркестр выступил вместе с московско-петербургским джазовым квартетом: Дмитрий Мосьпан (саксофон), Алексей Чернаков (фортепиано), Дарья Чернакова (контрабас), Егор Крюковских (ударные). Все они несколько лет назад принимали участие в телепроекте «Большой джаз». В предпраздничный вечер зал был почти полон.

От подобных концертов не ждут экспериментов. Наоборот, от них ждут узнаваемой традиционной музыки, джазовых и околоджазовых стандартов, примиряющих поклонников разных музыкальных направлений.


Если когда-то джазом пугали, то сейчас он скорее бодрит, утешает или расслабляет.


Старт псковского концерта был взят с композиции Tequila, впервые записанной в 1958 году американской инструментальной группой The Champs. В различных источниках по-разному указывают авторство. Её написал то ли гитарист Дейв Бургесс, то ли саксофонист Дэнни Флорес (он же - Чак Рио). Но самую узнаваемую часть на первых записях выдувал из саксофона всё-таки Чак Рио, и он же весело выкрикивал: «Текила!». С 1958 года кто только эту задорную композицию ни исполнял: от группы The Iguanas родоначальника протопанка Джеймса Остерберга-младшего (будущего Игги Попа) до Тони Левина. Но вариант, исполненный на псковском концерте, это скорее что-то в духе оркестра Генри Манчини. Да и в целом звучание соответствовало эстрадному звуку шестидесятых годов XX  годов - последнего десятилетия, когда джаз бурно развивался, ещё не превратившись в благопристойную музыку ретро. Эстрадным звуком с обилием струнных в середине прошлого века иногда не брезговали даже Чарли Паркер и Билли Холидей.


С композиции Tequila концерт начался, и ею же завершился - после того как публика вызвала музыкантов на бис.


На псковском концерте в роли Чака Рио выступал Дмитрий Мосьпан. Мосьпан - человек, на которого публика пришла специально, учитывая то, что он был победителем телепроекта «Большой джаз» канала «Культура» Дмитрий Мосьпан - человек, которого знают в лицо. Но и до «Большого джаза» саксофонист Дмитрий Мосьпан в музыкальных кругах был известен - играл в оркестрах Олега Лундстрема и Игоря Бутмана, стажировался в университете New School в Нью-Йорке, выступал с Андреем Макаревичем и «Оркестром Креольского Танго»... Здесь важно, что Дмитрий Мосьпан не просто джазмен, а музыкант, много играющий с оркестрами (а это особый опыт). Наиболее наглядно это выглядело в 2013 году на канале «Культура», когда он выступал с New Orleans Jazz Orchestra под управлением Ирвина Майфилда, после чего удостоился десятидневного ангажемента в Новом Орлеане.

Любите ли вы Бёрта Бакарака?

Публика была сдержана до третьей композиции, после исполнения которой оживилась. Третьей композицией стала хрестоматийная Puttin on the Ritz («Одеваться, как в отеле «Ритц»), сочиненная в 1929 году Ирвингом Берлиным и давшая название одноимённому фильму, где эту песню в1930 году исполнил Гарри Ричман. Берлин первоначально сочинил неполиткорректную песенку, в которой высмеивались чернокожие пижоны (цилиндры, белые перчатки, зонтики, полосатые брюки, отрезные пальто и белые гамаши), подражающие белым богачам. Позднее Берлину пришлось переделывать слова, сделав так, чтобы цвет кожи не подразумевался. Тогда-то в песенке и возникала фамилия изысканно одевавшегося американского актёра Гэри Купера.


В советское время, особенно в пятидесятые-шестидесятые годы, джаз тоже ассоциировался со стильной модой, противостоявшей серости. Так появились стиляги. Родившийся в Российской империи американский композитор Ирвинг Берлин (Израиль Бейлин) сочинил парафраз из пушкинского «Евгения Онегина», той части поэмы, когда герой «острижен по последней моде. Как денди лондонский одет...». В Puttin on the Ritz тоже есть ссылка на английских модников («All dressed up just like an English chappy...»). Только пижон Евгений Онегин легко танцевал мазурку, а XX век получился свингующим.


Но слова здесь - вещь совсем не обязательная. Когда на сцене целый оркестр, то можно легко обойтись без слов.


Тем не менее, на сцене нашёлся человек, который не просто сыграл, но и спел одну песенку. Когда очередь дошла композиции Антониу Карлоса Жобима «Больше блюза», Дарья Чернакова, продолжая играть на контрабасе, к тому же ещё и запела - естественно, по-португальски. Аплодисменты после её исполнения могли быть и сильнее.


Американская и советская классика («Ночь и день» Кола Портера, «Два берега» Андрея Эшпая, «Мост Челси» Билли Стрэйхорна, «Конец любовной истории» Эдварда Рэддинга, «Святой Фома» Сонни Роллинса)  перемежались композициями Дмитрий Мосьпана. В одной из них («Сострадание») к солистам присоединился трубач оркестра Юрий Лепилин. «Сострадание» с трубой и «Сострадание» без трубы - это разные вещи.

***

У Харуки Мураками есть рассказ «Любите ли вы Бёрта Бакарака?», начинающийся со слов о едва уловимых запахи весны. Действительно, Бёрт Бакарак  - это какой-то особенный весенний композитор. От его музыки оттепель внезапно начинается даже там, где установилась вечная мерзлота - не раз проверено.  Для псковского концерта была выбрана  одна из самых исполняемых композиций Бакарака - Raindrops Keep Fallin on My Head («Капли дождя падают мне на голову»).


Когда зазвучала с детства знакомая мелодия, окончательно стало понятно, что получился концерт киномузыки, потому что Бакарак удостоился  премии «Оскар» за эту песню, написав её для фильма Джорджа Роя Хилла «Буч Кэссиди и Санденс Кид». Да и большинство других композиций, сыгранных на концерте - они тоже из кино. «Ночь и день» Кола Портера - из одноимённого киномюзикла с Кэри Грантом, «Два берега» - из фильма «Жажда» Евгения Ташкова...


Мураками обыграл название рассказа  Франсуазы Саган «Любите ли вы Брамса?». Самое время ответить им обоим - и Саган, и Мураками. Брамс и Бакарак не противоречат друг другу настолько же, насколько не противоречат симфоническая музыка и джаз.

18.

ПО ДАННЫМ ПОЛЬСКОЙ РАЗВЕДКИ
(«Городская газета», 2005 г.

В нашем городе проходят «Дни культуры Польши в Пскове». Не обошлось без сенсаций.

Доктор Граля и доктор Живаго

На открытии Дней культуры, которое состоялось в Псковской областной универсальной научной библиотеке, советник по культуре Генерального консульства Республики Польша в Санкт-Петербурге доктор Хероним Граля не без юмора назвал областную библиотеку «главным центром польской резидентуры».

Что ж, в таком случае, по данным польской разведки, Дни культуры Польши в Пскове проходят с большим успехом. А по данным псковской разведки, польским гостям понравился тот прием, который был им здесь оказан.

Всё началось с открытия выставки «Ежи Гедройц и эпоха «Культуры». Ее можно увидеть в актовом зале Псковской областной библиотеки. Ежи Гедройц на протяжении 53 лет редактировал в парижском пригороде Мэзон-Лаффит польский независимый журнал «Культура», ставший центром культурной борьбы с коммунистической идеологией. Еще в 1968 году автор журнала Юлиуш Мерошевский писал: «Наше кредо - избавление от коммунизма. Нашей программой является перестройка Советского Союза и введение демократии в Восточной Европе». В то время это, вроде бы, выглядело утопично. Но не пройдет и двадцати лет, и мир изменится. Антикоммунизм Ежи Гедройц никогда не путал с национализмом. На страницах «Культуры» впервые на иностранном языке был опубликован «Архипелаг ГУЛАГ». Еще раньше там же был напечатан «Доктор Живаго». К русской культуре он относился с большим уважением и пропагандировал ее. Здравомыслие и независимость он противопоставлял клерикализму, антисемитизму и прочим крайностям. Некоторые номера журнала издавались на русском, немецком, чешском и других языках. Его «Культура» объединяла тех, кто не признавал жестких идеологических рамок и был выше национальных предрассудков.

Аналогичная  выставка, посвященная столетию Ежи Гедройца, в эти дни открывается в Париже.

Дни культуры Польши в Пскове и Польский сезон в России проходят тогда, когда некоторые маргиналы с обеих сторон  затеяли обмен ударами, заранее обреченный на провал. В Польше избили детей российских дипломатов. В России то же самое произошло с польскими дипломатами и журналистом. Что можно противопоставить экстремистам? Культурные ценности, неизменно вызывающие интерес у нормальных людей, живущих в наших странах. Например, польский джаз. Без всяких преувеличений можно сказать, что журнал «Культура» и польские джазовые музыканты делали одно общее дело. Читатели  и слушатели были людьми, для которых свобода - не пустой звук.

Земляничная поляна

В Пскове в гигант-холле «Пароход» при большом стечении публики выступил джазовый квартет Томаша Шукальского. Кто-нибудь помнит, когда к нам в последний раз приезжали зарубежные джазмены такого уровня? Ведущий американский джазовый журнал Down Beat о Томаше Шукальском упоминал не раз. Настала пора написать и «Городской газете».

В состав квартета, кроме саксофониста Томаша Шукальского, входят Артур Дуткевич (клавишные), Даниэль Бель (контрабас) и Марек Стах (ударные). Для того чтобы псковичи увидели выступление польских джазменов, свои усилия объединили Польский МИД, владелец клуба «Супер» Игорь Лобков, координатор от Русско-немецкого центра встреч Юрий Стрекаловский и спонсоры. Событие это было явно некоммерческое. На джазе в Пскове пока заработать нельзя. Но вариант этот явно беспроигрышный, потому что оценивается не деньгами.

Квартет Томаша Шукальского тяготеет к мейнстриму, возвращая слушателей во вторую половину пятидесятых годов, когда джаз уже перестал быть простым развлечением, но еще не оторвался от корней, захваченный теорией «гармолодии» и погружаясь в «спонтанную полифонию». Временами, в основном усилиями Артура Дуткевича, польские джазмены переносили зрителей в семидесятые, в эпоху фьюжн. И то и другое делалось легко, без надрыва.

Композиции в среднем темпе строго чередовались с балладами, переполненными сдержанными холодноватыми звуками. Словно ты ешь мороженое с земляничным сиропом. Или нет... Не с сиропом, а со свежей земляникой, собранной, допустим, под Варшавой, где и живёт Томаш Шукальский. Впрочем, когда солировал контрабас - мороженое было с орехами. Коронный, на две-три секунды хрип саксофона (следствие мороженого?), сменялся длинными и внятными лирическими пассажами. А барабанная установка временами напоминала звонницу или колокольню. Марек Стах явно опровергал сказанную им же самим поговорку про то, что «курица - не птица, а барабанщик - не музыкант».

Реакция присутствующих на концерте  показала, что псковская публика ещё не забыла, как надо слушать джаз. И, дай Бог, еще долго не забудет.

Концерт завершился тем, что на сцену вышел Юрий Стрекаловский, которому было доверено особо важное задание. С таинственным видом он достал из-за спины валенки и вручил их маэстро Шукальскому, при этом объявив: «Гламурный подарок от магазина спецодежды «Чародей».

Валенки искали по всему городу, а нашли совсем рядом, в «Чародее». В общем, звезда европейского джаза уехал из нашего города очень довольный - с двумя парами прорезиненных валенок и хорошими впечатлениями от концерта, отметив, что на сцене был отличный звук. В следующий раз такой же будет и в зале. Во всяком случае, Игорь Лобков надеется, что близость к джазовому Петербургу вскоре даст о себе знать, и клубные звукооператоры освоят джазовую манеру.

 

Всплытие показало, что джаз жив

В ходе беседы с Томашом Шукальским выяснилось, что мы пока не достаточно хорошо понимаем друга друга. Похоже, кто-то из нас двоих не вполне свободно говорил по-русски. Но тут выручил советник Генерального консульства доктор Хероним Граля, вызвавшийся быть переводчиком.

- Вы выступали со многими великими музыкантами. Кто из них вам ближе по духу? Какие выступления запомнились больше всего? - спросил я Томаша Шукальского, дождавшись, пока закончится ужин.

- Сложно выделить... Может быть, совместные записи с Яном Гарбареком в Осло и с Рашидом Али в Баден-Бадене. Я играл со многими американскими музыкантами. Все выступления незабываемы.

- Расскажите немного о композициях, которые прозвучали сегодня.

- Можно сказать, что в концерте было два пласта. Один состоял из джазовых стандартов, а другой из композиций Артура Дуткевича и моих.

- Как вам кажется, современный джаз здоров? Он развивается или движется по кругу?

- Нельзя сказать, что джаз зашел в тупик. Хотя бы потому, что джазом интересуются много молодых музыкантов. С другой стороны, идентифицировать джаз становится не так легко. Многие направления теперь можно назвать джазом. Они находятся на пограничье. И это даёт надежду. С моей точки зрения, музыка, а джазовая музыка прежде всего - это высшая форма искусства. Она создается сразу и без подготовки. Художники и скульпторы имеют возможность долго заниматься своими работами. И поэтому зритель, который эти работы увидит, будет воспринимать уже готовую форму. А здесь все происходит на глазах у зрителя и он сразу же реагирует и становится участником музыкального процесса. Из всех искусств это самое благородное и самое высокое.

Как сказал Игорь Лобков: «Родину джаза Новый Орлеан затопило, и джаз тут же всплыл в Пскове». Вполне логично, что всплыл он именно в «Пароходе». Название подходящее. Хотя до недавнего времени в чрезмерном пристрастии к джазу клуб «Супер» и гигант-холл «Пароход» упрекнуть было нельзя. Но надо же когда-то начинать?

Без границ и предубеждений

Счастливое совпадение нот не ограничилось клубом «Супер». В церкви Николы со Усохи (оцените контраст с ночным клубом) прошёл концерт духовной музыки «От польского ренессанса к русскому классицизму» при участии хора русско-немецкого центра встреч, а во вторых палатах Меньшикова - концерт старинной вокальной и лютневой музыки. Состав певцов был практически один и тот же. Юрий и Христина Стрекаловские, Юрий Герасимов... И там и там в центре внимания оказался польский лютнист Антоний Пильх. Вряд ли в палатах Меньшикова когда-нибудь звучало что-то подобное. От русских кантов до старинных венециаских и фриулийских песен. Не обошлось и без знаменитой Sciaraccule - Maraccule Джорджио Майниеро. Ее публика восприняла особенно бурно. Похоже, в подобной средневековой музыке черпали вдохновение музыканты Led Zeppelin, когда строили свою «Лестницу в небо». Венеция, Фриулия, Краков, Псков... Это и есть Европа без границ и предубеждений.

После концерта Антоний Пильх сказал: «Здесь удивительная атмосфера. В этом зале лютня сама играет».

Всю неделю в нескольких псковских залах была такая атмосфера. Музыкальные инструменты играли, конечно, не без участия людей. И еще как играли.

19.

ХРАНИТЕЛЬ ТРАДИЦИЙ
(«Городская газета», 2005 г.)

В январе в Пскове снова выступал ансамбль под управлением Давида Голощекина.

Давид Голощёкин - человек на джазовой сцене нашей страны особенный. Помимо очевидных музыкальных талантов он обладает качествами, без которых в нашей не самой ритмичной стране прожить джазмену не очень просто. Он умеет нравиться если не всем, то многим.

Попасть в переплет к Эллингтону

 Голощёкин никогда не изменял джазу, при этом оставаясь востребованным музыкантом. В советские времена сумел издать на фирме «Мелодия» 7 альбомов. Успел сыграть на одной сцене с Дюком Эллингтоном... Во многом, его усилиями джазовая музыка перестала восприниматься в нашей стране как враждебная. За что, кстати, его иногда упрекают. В исполнении Голощекина эта музыка звучит, вроде бы, слишком респектабельно. Его признала власть, вручая ему государственные премии. Он не любит выступать в клубах. Его место на филармонической сцене. Не удивительно, что именно он  создал первую и единственную в мире Филармонию джазовой музыки, что на Загородном проспекте в Петербурге.

На концерте в Пскове Давид Голощёкин не стал демонстрировать своё умение играть на всевозможных инструментах. Ограничился скрипкой и тенор-саксофоном. Ну и немного «прошёлся» по конгам, когда их временно оставил один из старейших участников ансамбля Виктор Щербин.

Начал Давид Голощёкин со «Звёздной пыли» - визитной карточки ансамбля. А вот «Сиреневого часа» - следующей композиции, написанной самим маэстро к отличному фильму «Когда святые маршируют» - зрителям пришлось ждать ровно 13 минут 59 секунд. Давид Голощёкин очень любит поговорить. На этот раз он начал импровизировать на тему монетизации. Затем плавно перешёл к истории своего коллектива. Вспомнил своего однокашника Спивакова. Рассказал об удивительном японском скрипичном мастере «Ямаха», «ученике» Страдивари. Тем, кто ещё не читал автобиографию Эллингтона, сообщил, что великий джазмен поместил туда фотографию Голощёкина. На ней запечатлен уникальный эпизод, когда Дюк Эллингтон и Давид Голощекин играют вместе.

...Третьей была тема «Нежно, как на восходе солнца», в очередной раз доказавшая, что к джазовым традициям Голощёкин относится с нежностью. В сущности, он их хранитель. 36 лет существует его ансамбль. Сыграны сотни композиций. Но он  всегда предпочитал придерживаться мейнстрима, то есть свинга, би-бопа, кула и хард-бопа. Импровизация не заставляет его уйти от мелодии настолько, что нельзя было бы вернуться. Ему всегда важно знать меру.

Чувство ансамбля

Довлатов когда-то писал о человеке, играющем джаз: «Он - творец, созидающий на глазах у зрителей свое искусство - хрупкое, мгновенное, неуловимое, как тень падающих снежинок... Джаз - это восхитительный хаос, основу которого составляют доведенные до предела интуиция, вкус и чувство ансамбля». Так вот, с чувством ансамбля у музыкантов, игравших на сцене БКЗ январским вечером, было действительно всё в порядке. Правда, опытнейший Пётр Корнев на этот раз так и не уступил Давиду Голощекину место у рояля. Два года назад все было иначе. По-прежнему в хорошей форме старейший джазмен Петербурга барабанщик Станислав Стрельцов. Молодой контрабасист Вадим Стрельцов - ненавязчив и точен.

Завершали первое отделение эллингтоновское «Сентиментальное настроение» и еще один стандарт «Будь готов к счастью». Бесспорно, оптимист Давид Голощёкин к этому готов всегда и старается, чтобы и другие мимо своего счастья не проскочили. Смычком указывает путь.

Во втором отделении солировала Эльвира Трафова, исполнившая ещё несколько джазовых стандартов. Она в очередной раз доказала, что является лучшей джазовой вокалисткой России. Только вот много это или мало? Есть ли с кем сравнивать?

Несколько раз за вечер Давид Голощёкин повторил, что приглашает всех находящихся в зале на концерты в свою Филармонию джазовой музыки. Если не будет билетов - надо всего лишь подойти к нему сказать три волшебных слова: «Я из Пскова». Попробуйте, может быть получится.

20.

ПЛАН НА ВЕЧЕР: ДОСТАВИТЬ РАДОСТЬ
(«Городская газета», 2006 г.)

В Пскове состоялся совместный концерт Симфонического оркестра псковской областной филармонии и квартета Jazz-Modus.

Публики в филармонию пришло немногим меньше, чем две недели назад на Александра Балуева. Но Балуев тогда не приехал, а наши музыканты всегда приходят вовремя. И не только приходят, но еще и играют или поют.

Дирижировал, естественно, Аркадий Галковский. Кто же еще в Пскове может руководить оркестром и одновременно играть на саксофоне? А потом отойти в сторону и наблюдать за тем, как оркестр продолжает играть самостоятельно.

Репертуар был подобран такой, что не соскучишься. Yesterday, Summertime, Feelings... Эти мелодии считаются надоевшими до тех пор, пока не зазвучат. Задача перед музыкантами стояла вполне определенная - не поразить воображение, а доставить радость. Что и было сделано.

Началось все, впрочем, не с Леннона и Маккартни и не с Гершвина, а с Пьяцоллы и Кориа. В аргентинском танго солировали Д.Жданов (виолончель) и Р. Алексеев (аккордеон). Потом настала очередь квартета Jazz-Modus. Раз мелодия принадлежит Чику Кориа, то особая роль отводилась клавишнику Виталию Цемке. И это были Испания без «испанщины» и Аргентина без «аргентинщины», если можно так выразиться. То есть, все обошлось без излишнего надрыва.

Джазмены на сцене расположились друг за другом - Цемка, Панченко, Казимир. Это был такой стержень. Его составляли, так сказать, ответственные за свинг. По правую руку от них сидели духовики, по левую - музыканты со струнными. Несколько раз на сцене появлялся Александр Мамедов. Его вокал и родственные отношения с английским языком общеизвестны. Его гитара тоже лишней не оказалась.

Правда, в этот предпраздничный вечер, на концерте, посвященном «Любимым женщинам», цветы дарили исключительно женщины и исключительно мужчинам - А. Галковскому, Д. Жданову, С.Хазину, А.Мамедову... Но вряд ли это кого-то обидело.

Всё-таки, женщинам была посвящена музыка, которая долговечнее любых цветов.

21.

НОВАЯ СТЕПЕНЬ СВОБОДЫ
(«Городская газета», 2005 г.)

В Большом концертном зале Псковской областной филармонии состоялся концерт квартета «JAZZ MODUS». В центре внимания был один из ведущих европейских джазовых пианистов Андрей Кондаков (Санкт-Петербург).

 Квартет к моменту выхода на сцену существовал уже семь часов. В двенадцать дня началась первая и единственная репетиция. В семь вечера - концерт. Для джаза это нормально. Иногда можно себе позволить впервые увидеться на сцене прямо во время выступления. Если класс позволяет. В случае с Андреем Кондаковым (рояль, клавишные), Аркадием Галковским (саксофон), Андреем Панченко (бас-гитара) и Андреем Казимиром (ударные) класс бесспорно позволял. 

Русская Бразилия

Само по себе появление на псковской сцене Андрея Кондакова уже если не сенсация, то редкий праздник (второй за три года). В Нью-Йорке или Стокгольме он выступает гораздо чаще. А тут еще Кондаков играл вместе с псковскими джазменами. Такое происходило впервые.

В свои сорок три года Андрей Кондаков уже ветеран джазовой сцены. Начинал в 1978 году в Днепропетровске. В 1987 году на фирме «Мелодия» вышла первая долгоиграющая пластинка. В коллекции некоторых псковичей этот виниловый диск до сих пор на видном месте. На рубеже восьмидесятых-девяностых у Кондакова выходят еще несколько ярких альбомов с участием Ричи Коула (США), Франко Амброзетти (Швейцария), Роджера Фрэмтона (Австралия). Квартет, созданный Андреем Кондаковым и Андреем Рябовым, в то время считался лучшей джазовой группой в стране. Потом было сотрудничество с Кристианом Шойбером (Германия), Владимиром Волковым, Аркадием Шилклопером, Сергеем Манукяном... Весной 2004 года Андрей Кондаков выступал в дуэте с уникальным американским вокалистом Бобби Макферином.

И всё-таки, судя по всему, пока что наиболее впечатляющими выглядят два проекта с участием Андрея Кондакова. Первый из них: Blus for 4, включающий в себя турне и записи двух альбомов совместно с саксофонистом Игорем Бутманом, контрабасистом Эдди Гомесом (США) и барабанщиком Ленни Уайтом  (США). После псковского концерта можно было приобрести диск Blus for, записанный в Нью-Йорке в 1996 году. Автор всех композиций - Андрей Кондаков. Для него Blus for 4: «сбывшаяся мечта, изменение точек отсчета, новая степень свободы, растворение в звуках и, наконец, изменение меня самого».

Второй проект - альбом Old and New Brazilian Tales, ставший результатом нескольких встреч. Одна из них произошла в Нью-Йорке в 1998 году. Кондаков сыграл тогда вместе с бразильскими музыкантами  - басистом Серджиу Брандау, барабанщиком Пауло Брага и перкуссионистом Кафе, выступавшими в свое время с Антонио Карлошом Жобимом и Хэрби Мэном. А вторая встреча была раньше, в 1994 году в Вашингтоне. Андрей Кондаков впервые выступил с американским гитаристом Полом Болленбеком. Осталось всех этих музыкантов объединить, пригласить саксофониста Бориса Курганова и записать альбом. Что и было сделано. Стоит ли говорить, что опять всю музыку написал Андрей Кондаков?

Бразильская Россия

А вот на псковском концерте звучали композиции почти исключительно великих: Джона Колтрейна, Чика Кориа, Майкла Брекера, Джо Хендерсена...

«Джо Хендерсон, - объявил Аркадий Галковский. - Он еще как бы жив, слава Богу...» Но Андрей Кондаков решительно стал мотать головой. - «А-а... умер?» Несмотря на печальную новость, настигшую саксофониста прилюдно, отыграл Аркадий Галковский отменно. Он вообще в этот вечер был в ударе.

«А сейчас выйдет очень любимый нами человек, - чуть позднее произнес Аркадий Галковский. - Где мы только с ним не играли. Разве что в общественном туалете на Октябрьском проспекте не играли. И это правильно. Люди везде». - «А в общественном туалете разве не люди?» - немедленно донеслось из зала. - «Выходи, Петрович!» - махнул рукой Галковский. На сцене появился гитарист Владимир Горобец. И квартет минут на десять превратился в квинтет.

Одной из центральных на концерте стала тема «Не Эфиопия» Майкла Брекера с неагрессивным, но виртуозным соло Андрея Казимира. Действительно, это была не Эфиопия. Композицию можно было бы назвать «Псковщина». Если бы это не сочли плохо скрытой рекламой одноименного политического объединения. Андрей Казимир, отгородившись от зала прозрачной ширмой, словно бы находился в витрине дорого магазина. Да чего уж... Не в витрине даже, а по ту стону экрана огромного телевизора. Телевизор был настроен на очень хороший канал. Не иначе как на «Культуру».

А колтрейновская композиция «Наима» была сыграна так, словно была посвящена не первой жене Джона Колтрейна, а жене Андрея Кондакова Ларисе. Нежно, романтично.

Романтики хватало и в «Романсе». Полностью лирическая программа будет представлена 11 декабря в Петербурге в Малом зале филармонии им. Глинки.

Без горячего фанка тоже не обошлось. Музыканты переосмыслили один из хитов Джеймса Брауна, кажется, угодив всем.

На бис была исполнена композиция, уже звучавшая в нашей филармонии несколько лет назад - «Самбаса». Всё-таки у русских и бразильцев есть много общего.

После концерта Андрей Кондаков в интервью «Городской газете» сказал: «Для меня работа с псковскими музыкантами - определенное открытие. Я даже не подозревал, что в вашем городе такие замечательные ребята. Барабанщик хороший. И басист, конечно, тоже... И что было приятно - половину композиций, которые мы играли - не каждый возьмется исполнять. Композиции Майкла Брекера, Чика Кориа... Не всегда музыканты в Москве или Петербурге берутся за такие вещи. Это был очень интересный творческий контакт. И я надеюсь, что мы с ребятами еще что-нибудь сможем сыграть. Уже есть какие-то идеи. С другой стороны, хотелось бы сюда приехать с другими проектами, которых у меня немало. Есть - на грани с академической музыкой, есть современные фри-джазовые опыты, есть проекты, связанные со стилем фьюжн. Я работаю с бразильскими музыкантами и играю эту же музыку в бразильском стиле с петербургскими музыкантами. У меня много совершенно разных по духу проектов, и я надеюсь, что когда-нибудь хотя бы один из них будет представлен в Пскове».

22.

МЕЖСЕЗОНЬЕ
(«Городская газета», 2009 г.)

В Большом концертном зале филармонии вечером 12 января 2009 года состоялся джазовый концерт

- Я всегда думаю, что никто не придет, - произнёс Аркадий Галковский, глядя на почти  переполненный зал.

Как правило, на джаз в Пскове всё-таки приходят. Может быть потому, что он очень редко у нас звучит? Сегодня пропустишь, а потом месяца два-три-четыре-десять надо ждать следующего концерта. В Пскове в этом смысле какое-то постоянное межсезонье. Также как и в погоде. Именно так, «Межсезонье», называлась одна из самых интересных композиций концерта, написанная когда-то Джоном Колтрейном.

Хотя больше музыканты в этот вечер тяготели к джаз-року. На сцене два часа играли Аркадий Галковский (тенор-саксафон, барабаны), Альберт Федосеев (клавишные, вокал), Виталий Цёмка (клавишные, флейта), Константин Плеханов (альт), Вячеслав Погодин (перкуссия, барабаны, вокал), Григорий Галковский (барабаны, перкуссия). На сцене и за кулисами их поддерживал Игорь Остафейчук.

 

Состав музыкантов и инструментов позволял совершать очень сложные воздушные пируэты и переноситься из одного времени в другое. И всё-таки по духу это было, наверное, ближе к Return To Forever Чика Кориа. Что, в общем-то, понятно. В Псков приехал Альберт Федосеев, записывавшийся и выступавший с бывшим гитаристом Return To Forever Элом ди Меолой. К тому же, зимой латино-американские мотивы воспринимаются публикой особенно горячо.

Джаз-рок или фьюжн - вещь специфическая. Даже не всякий ценитель джаза его принимает. Семидесятые годы прошлого века в музыке - это время компромиссов. Многие именитые джазисты подстроились к року и продолжили свое движение на новой волне. Ортодоксы от джаза считают, что дух джаза вместе с его звуками по пути куда-то улетучились. Формально, музыка не стала менее изощренной, но электрическое звучание сделало ее более приземленной.

Весь вечер псковские (и бывшие псковские - из Москвы и Петербурга) музыканты старались опровергнуть такое утверждение (хотя вряд ли они специально что-нибудь старались опровергнуть). Они с удовольствием играли, отчего публика с каждой новой композицией становилась все раскованнее. Наверное, это и есть одно из предназначений джаза. Если человек способен воспринимать музыкальные импровизации, то ему проще принимать самостоятельные решения в обычной жизни. Джаз - это искусство свободного общения.

Прозвучали изысканная «Хрустальная тишина» Чика Кориа, похожая на сложные египетские иероглифы «Нефиртити» Майлса Дэвиса, разноликий «Маскарад» Джорджа Бенсона... На этом фоне «Тутти-фрутти» Виталия Цёмки тоже не резала слух/.../.

И в самом завершении был блюз, где в полный голос по-английски запел Вячеслав Погодин.

23.

В АТМОСФЕРЕ ДЖАЗА
(«Городская среда», 2016 г.)

Не все высидели этот вечер до конца. Один мужчина - явно не случайный человек - со словами «Не могу больше!» покинул помещение, то есть ушёл с вечера памяти музыканта Александра Никитина. 

Это вообще проблема тех, кто рассказывает об известных людях, которые уже умерли. Снимает телепередачи, пишет статьи, проводит вечера памяти... Как рассказывать о человеке? Говорить правду? Полуправду? На чём концентрировать внимание?

Вечер памяти Александра Никитина («Алика «Никитона») получился сумбурный и, возможно, поэтому соответствовал характеру музыканта, о котором вспоминали люди, находящиеся на двух континентах. Может быть, из такого же сумбура рождалась музыка, которой посвятил свою жизнь музыкант, ушедший четверть века назад?/.../

24.

ЛЕГЕНДЫ УЛИЦЫ ГАГАРИНА
(«Псковская губерния», 2016 г.)

Для того чтобы стать «легендарным музыкантом», не обязательно быть всемирно известным

Ближе к концу встречи, посвящённой памяти музыканта Александра Никитина (Алика «Никитона»), в читальном зале Центральной городской библиотеке города Пскова немногочисленные участники разделились на две группы. Одни говорили о жизни, другие - о музыке. Иногда обе линии пересекались.

«Единственное место, из которого его не выгнали»

Пианист и трубач Александр Никитин - музыкант из тех немногих, о которых в Пскове и Великих Луках уже сложились легенды и мифы ( информагенства о нём пишут: «легендарный джазмен»). Это неизбежно. Со всей очевидностью это было продемонстрировано на вечере памяти.

Люди собрались, чтобы вспомнить музыканта. Его не стало 25 лет назад. Но когда начали показывать немногочисленные оставшиеся видеокадры, на которых можно разглядеть Алика «Никитона» Никитина, возникло ощущение, что они не из прошлого, а из позапрошлого века. И звук оттуда же.

Это было совсем недавно, но материальных доказательств музыкальной карьеры почти не осталось. Где антология из записанных альбомов? Где хотя бы один альбом? Где профессиональные рецензии? Вместо этого - любительское видео и несколько чёрно-белых фото. В таких условиях неизбежно появляются легенды и мифы, которые нет смысла оспаривать.

Кто-то с недоумением спрашивал своего соседа: «Откуда вы взяли, что Алик начинал играть с Давидом Голощёкиным? Кто вам сказал, что его слушал и заметил Оскар Питерсон

Первоисточник мифа не столь важен. Ведь не о каждом музыканте, игравшем в ресторанах провинциального советского города, напишут: его слушал и заметил Оскар Питерсон (Луи Армстронг, Дюк Эллингтон, Глен Миллер, Людвиг ван Бетховен, Вольфанг Амадей Моцарт). Но есть музыканты, о которых именно так и напишут. И Алик «Никитон» - из их числа (он сидел в псковском ресторане «Гера» и на новом электрооргане играл фугу Баха).

Вечер памяти под названием «Всё было джаз!» начался с некоторым запозданием. Организаторы думали, что придёт много народу и не хватит места. Но оказалось, что к объявленному началу встречи маленький зал был в лучшем случае полупустой. Среди пришедших - музыкантов, игравших когда-то с Александром Никитиным, почти не было. Вроде бы собирались прийти, но не смогли.

Перед началом встречи об Александре Никитине было сказано: «Его знали в Пскове все - музыканты, спортсмены, бандиты...» Все они ходили либо в театр, либо в рестораны, либо в Детскую школу искусств... Взрослые могли его слышать в ресторанах «Аврора», «Псков», «Гера», кафе «Калейдоскоп», ДКС, ДКП, ДК Железнодорожников и в других местах. Дети учились в Детской школе искусств, где Александр Никитин преподавал. Думаю, что я в детстве тоже видел и слышал этого музыканта - хотя бы на новогодней ёлке в вестибюле драмтеатра, где, помню, играла группа «Кром».

Разглядываешь старые фотографии семидесятых-восьмидесятых годов, на которых Алик «Никитон» артистично дурачится, и легко веришь словам Владимира Пулузова: «Фотографии Александра Никитина были в мосфильмовской картотеке».

Директор Детской школы искусств Виктор Лисенков на вечере памяти Алика «Никитона» сказал: «Детская школа искусств - это единственное место, из которого его не выгнали». Там его знали как Александра Серафимовича Никитина.

«Рядом с ним возникало ощущение бесконечного счастья»

Псковский музыкант и педагог Александр Роор на вечер памяти Алика «Никитона» пришёл, но выступать не стал. Не захотел. Байки про похождения псковских музыкантов - завсегдатаев вытрезвителя - его не вдохновляли. Он бы предпочёл говорить о музыке. И тогда я тихо спросил Александра Роора: «Чем «Никитон» отличался от большинства других псковских музыкантов? Почему о нём вспоминают чаще, чем о ком-нибудь ещё?» «Он отличался полётом фантазии, глубиной...», - ответил Александр Роор и начал громко и зажигательно рассказывать о том, как Александр Никитин принимал участие в создании нескольких псковских музыкальных коллективов на рубеже 70-х-80-х годов ХХ века. Тогда репертуар псковских ансамблей был многообразен: джазовые стандарты, джаз-рок, прогрессивный рок, хард-рок, советские песни... Да всё что угодно. Александр Роор вспомнил о программе, состоящей из шести пьес Александра Цфасмана. Репутация у Алика «Никитона» в то время была как музыканта искромётного, но легкомысленного. Однако к ретропрограмме Цфасмана он отнёсся с необычайной серьёзностью и репетиций не пропускал.

Но даже сами участники тех проектов не всегда сразу вспоминают названия коллективов, в которых они принимали участие. Им приходится созваниваться со знакомыми и уточнять: «Как назывался ансамбль, который мы когда-то придумали?» Это о чём-то говорит. Это было как будто в другой жизни. «Дилижанс», «Комбо-джаз», «Пульсар», «Экспромт», «Каскад», «Кром», «Ритм»...

Организатор вечера памяти Александра Никитина Владимир Пулузов в самом начале встречи произнёс: «25 лет проскочили как 25 недель» и попросил включить запись первого вечера памяти Алика «Никитона», прошедшего в 1992 году на Большой сцене псковского драматического театра. На экране появились Аркадий Галковский, Александр Мамедов, Алексей «Фрамус» Петров, Алик Федосеев...

К разговору по скайпу присоединились вдова Александра Никитина Марина (из аргентинского города Мар-дель-Плато) и дочь Лиана (из Москвы).

Вот некоторые высказывания, прозвучавшие в этот вечер в городской библиотеке: «лучшего рассказчика я в жизни не встречала», «у него была удивительная способность собирать вокруг себя людей», «многие вещи, о которых он рассказывал, были какие-то фантастические», «он знал, что у него недолгий путь», «у него был шикарный вкус», «он был очень лёгкий человек, но не простак», «он любил эпатировать», «его дворянские корни давали о себе знать», «ему не важен был быт», «рядом с ним возникало ощущение гордости и бесконечного счастья».

Из далёкой Аргентины донеслось: «Всё это время я не могу считать себя вдовой», а пришедшая в библиотеку сестра Марины Лариса добавила: «Он не создал что-то грандиозное, но создал атмосферу джаза».

Атмосфера джаза - это спонтанность, то есть самопроизвольность. Вспышка. Она не может быть долгой, иначе какая это вспышка?

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий