Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Рецепт счастья

ДалиСальвадор Дали подчёркивал, что «человечество научилось видеть лишь преувеличенное». Чтобы заметили - надо искажать. Это касается не только изобразительного искусства. Таковы если не законы, то понятия человеческого общества. В искусстве такой подход бывает плодотворен. Но в обычной жизни  преувеличение приводит к тому, что кривая выводит куда-то не туда. Обман в искусстве и обман в жизни долгое время были полной противоположностью. Но с некоторого времени ушлые люди сообразили, что границы между жизнью и искусством можно размыть.

1.

ЕГО БЕЗУМИЕ
(«Городская среда», 2018 г.)

Когда эта выставка открылась, желающие едва вместились в помещение художественной галереи «Цех». Не каждый год в Пскове демонстрируют произведения Сальвадора Дали - пускай даже не живопись, а графику. К тому же, многие книжные иллюстрации Дали при ближайшем рассмотрении выглядят интереснее, чем некоторые его живописные работы, рассчитанные на «широкую публику».

2.

ИЗ АДА ВОН ВЫХОДЯЩЕЕ
(«Псковская губерния», 2018 г.)

Сальвадор Дали говорил, что против этих иллюстраций ополчился весь мир - от христиан до коммунистов

«Всю жизнь моей навязчивой идеей была боль, которую я писал бессчётно».
Сальвадор Дали.

Несколько лет назад в Петербурге на выставке книжных иллюстраций Сальвадора Дали в лифте, на котором посетители поднимались в зал, большими буквами на зеркале было написано: «В каждой работе Дали скрыто тайное послание. Всмотритесь». В тот раз демонстрировалась графика к «Дон Кихоту», «Алисе в стране чудес», к повести де Алкорна «Треуголка»... В Пскове 8 ноября 2018 года открылась выставка печатной графики Дали - 78 ксилографий к «Божественной комедии» Данте Алигьери. Тайных посланий на ней тоже немало. Зато на лифте никуда подниматься не надо. Работы выставлены в театральной галерее «Цех» на первом этаже.

«Моё безумие не без коммерческой жилки»

Это сейчас живописные и графические работы Сальвадра Дали время от времени показываются в Россию - в основном, в Москве и Петербурге. В советское время Сальвадор Дали был в списке запрещённых художников. Во время открытия псковской выставки один из посетителей - в прошлом футбольный тренер и сотрудник турфирмы - рассказал о том, как впервые вживую увидел живописные картины Дали - в 1975 году в Центре Джорджа-Помпиду национального музея современного искусства в Париже. Советская делегация явилась туда, вопреки первоначальным планам. В какой-то момент советские граждане - и наш пскович в первом ряду - притупив бдительность советского «куратора», замерли перед картиной Сальвадора Дали Partial Hallucination. Six apparitions of Lenin on a Grand Piano («Частичная галлюцинация, или Шесть явлений Ленина на рояле»), написанной спустя 7 лет после смерти Ульянова (Ленина). Но тут из-за спин материализовался непременный сопровождающий из КГБ и отдал грозный приказ немедленно отвернуться от крамольного полотна. Позднее, по возвращении в Псков, приобщение к картине «идеологического диверсанта» псковичу припомнили и уволили с работы. Причём, по городу прошёл слух, что работы он лишился якобы за посещение парижского публичного дома.


В каком-то смысле, знакомство с творчеством сюрреалиста Дали было для советских граждан опаснее, чем близкое общением с обитательницами публичного дома («призрак бродит по роялю», как сказано в одной из театральных пьес, вдохновлённых «шестью явлениями Ленина).


По советским меркам Дали был действительно опасен. Вот лишь один отрывок из книги «Тайная жизнь Сальвадора Дали, рассказанная им самим»: «Карл Маркс писал: "Религия - опиум народа". Но Истории предстояло вскоре доказать, что материализм отравлен самым концентрированным ядом ненависти, и народы погибнут, задохнувшись в грязных метро, среди вони, под бомбами современной жизни (марксизм также несёт ответственность за русский большевизм и за немецкий национал-социализм, который был лирический, сентиментальной реакцией против коммунизма, но был искажён тем же исконным пороком - механическим и антикатолическим коллективизмом)».


Вся жизнь Сальвадора Дали - подтверждение того, как идеализм и материализм можно совместить. Один из любимых героев этого каталонского художника - Дон Кихот. На псковской выставке, в дополнении к иллюстрациям книги Данте, главный герой Сервантеса присутствует на двух оригинальных рисунках Дали. Первый рисунок сделан на листе, выдранном из форзаца книги. Его в числе других рисунков конфисковала полиция Франции и спустя несколько десятилетий легализовала, продав на аукционе. Второй рисунок выполнен шариковой ручкой. Это рисунок-автограф, подаренный некоему Карлу, скорее всего, официанту ресторана. Дали, когда его просили автограф, иногда не ставил подпись, а рисовал. Почему он выбрал Дон Кихота - благородного прекраснодушного мечтателя-идеалиста? Не потому ли, что временами тоже ощущал себя Дон Кихотом - современной его версией. «Дон Кихот был сумасшедший идеалист, - говорил Сальвадор Дали. - Я тоже безумец, но при том каталонец, и моё безумие не без коммерческой жилки».


Дали умел выгодно продавать своё, так называемое, безумие, но организатор выставки Артём Суслов указал на разницу между знаменитыми музейными произведениями Дали и его ксилографией к «Божественной комедии». «Дали, который представлен в музеях, это Дали, который упивается собой, - считает Артём Суслов. - В «Божественной комедии» он мог вдохновиться только Данте, он должен был отринуть себя, должен был думать о Данте. Более того, он должен был думать о Боге».

«Дантовский ад освещён солнцем и мёдом Средиземноморья»
 

«Коммерческая жилка» на некоторое время отступила на второй план, хотя первоначально это тоже был коммерческий заказ - от правительства Италии. Надвигался юбилей Данте - 700-летие. Но заказ сорвался из-за позиции католической церкви. Католическим священникам, увидевшим первые из акварелей Дали во дворце Паллавичини-Роспильози в Риме, не понравилось, что «Божественную комедию» иллюстрирует «безумец», «эротоман» и «скандалист». «Весь мир, от коммунистов до христиан, ополчился против моих иллюстраций к Данте, - написал Сальвадор Дали в дневнике в мае 1956 года. - Но они опоздали на 100 лет!».


Однако художник продолжил многолетнюю работу: делал пером, акварелью и гуашью рисунки и переводил их в деревянные печатные пластины, создавая цветную ксилографию. Значительную часть гравёрной работы, растянувшейся на пять с лишним лет, проделал гравёр Раймон Жаке с ассистентом. Они вручную вырезали около 3,5 тысяч досок (их уничтожили вскоре после печати тиража).

Книга с иллюстрациями Дали вышла в 1964году в парижском издательстве Les Heures Claires в шести томах на японской бумаге. То есть в 700-летию Данте художник успел (юбилей отмечали в мае 1965 года).


В галерейном зале справа от входа висят фотографии Марины Влади и Владимира Высоцкого. Дело в том, что эти работы, оказывается, принадлежали им. Мало кто об этом знал до 2007 года - до тех пор, пока Марина Влади не решила графику Дали продать.


А слева от входа в зал висят некоторые репродукции Гюстава Доре, иллюстрирующие «Божественную комедию» - в качестве канонического образца, от которого Дали отталкивался и который старался превзойти. Дали сам когда-то объяснил, почему его дантовский ад так отличается от дантовского ада Доре: «Когда меня спрашивают, почему я в таких нарочито светлых тонах изобразил ад, отвечаю, что романтизм совершил низость, убедив весь свет, будто ад чёрен, как угольные копи Гюстава Доре, и там ничего не видать. Всё это вздор. Дантовский ад освещён солнцем и мёдом Средиземноморья...»


Доре сосредоточен на деталях, а Дали во многих работах  передаёт атмосферу чистилища, ада и рая акварельной размытостью («мне хотелось, чтобы мои иллюстрации к Данте получились словно лёгкие следы сырости на божественном сыре. Вот откуда эти пёстрые разводы, напоминающие крылья бабочки»).


Дали не перестаёт быть сюрреалистом.  В отдельных его работах из этой серии автор угадывается безошибочно - так хорошо они прорисованы. Другие же намеренно размыты. Но на всех без исключения изображён скорее не внешний мир, который ждёт человека после смерти, а внутренний мир живого человека. Дали изображает не части, а целое. Именно там, внутри, находятся все эти адские круги. Дали и в графике оставался сюрреалистом - изображал расползающиеся лица, удлинённые конечности и тому подобное.

«Человечество научилось видеть лишь преувеличенное»

Будет любопытно через месяц взглянуть на книгу отзывов. На подобных выставках отзывы особенно интересны. Их можно читать и перечитывать, а кое-что издавать хоть отдельной книгой. Помню, несколько письменных высказываний, сделанных на петербургской выставке. Под впечатлением литографий к «Алисе в стране чудес» второклассница аккуратно вывела: «Дорогая Алиса!!! Пишет тебе Алиса!!! Мне очень понравилось, как изобразил тебя Сальвадор Дали!!! И сама ты мне нравишься!!! Пока! Алиса Лапина, 8 лет».


«Ах, если бы Дали был композитором»,
 - написал какой-то меломан. Но больше всего мне понравилась запись: «Заведу осла» (Сальвадор Дали любил изображать лошадей и ослов).


Дали был, конечно, циник. Он превратил свою жизнь в карнавал, на котором позволял себе издеваться не только над другими, но и над собой. Это было следствие тех кругов ада «Сурового Данта», через которые он ежедневно и еженощно проходил («Как журавлиный клин летит на юг // С унылой песнью в высоте надгорной, // Так предо мной, стеная, нёсся круг // Теней...» - перевод Михаила Лозинского).


Но всё-таки из-под бесчисленных масок временами проступало лицо уставшего от бесконечного карнавала живого человека. Нельзя сказать, что для него не было ничего святого. Например, ему всегда отвратительны были войны, о чём он высказывался определённо: «Война превратила людей в дикарей. У них атрофировалась впечатлительность. Человечество научилось видеть лишь преувеличенное или из ряда вон выходящее. После изобретения динамита всё, что не взрывается, оставалось незамеченным».
При этом в своём творчестве он учитывал такую особенность человечества - видеть лишь преувеличенное. Чтобы обратить на себя внимание, надо вылезти из кожи. Или содрать кожу с другого. Сальвадор Дали предпочитал первый вариант, вдохновенно искажая реальность. Он сам был, как динамит.  И так вошёл во вкус, что остановиться уже не мог. «Я брежу, следовательно, я существую», - с гордостью писал он.


 Дали обожал изображать тёмные стороны человеческой души (тем, видимо, его и привлекала «Божественная комедия»). «Страдая, я развлекаюсь, - объяснял он. - Это мой давний обычай». И оказывалось, что они не такие уж и тёмные.


На открытии выставки, из-за столпотворения (в первый вечер зрителей пускали бесплатно), покружиться рядом с изображениями кругов ада в зале галереи «Цех» было непросто. Но если уж вы пришли в театральную галерею, то рано или поздно вы всё равно окажитесь возле иллюстрации к 33-й песне «Ада» - к Кругу девятому. Именно там, в Девятом кругу, по версии Данте Алигьери, самое место предателям родины и единомышленников и предателям друзей и сотрапезников. Подпись под работой Дали такая: «Предатели родной стороны». Наиболее изощрённые предатели - те, кто только изображает любовь к родной стороне, а сами в душе уже давно предали всё и всех. Как написал Данте: «Я встретил одного из вас, который // Душой в Коците погружен давно, // А телом здесь обманывает взоры». (У Данте река плача Коцит предстаёт ледяным озером в Девятом кругу ада).


Дьявола, символизирующего абсолютное зло, на выставке нет, потому полного и абсолютного зла в человеке нет тоже. Зато, пройдя мимо череды  адских героев, можно разглядеть райский свет - свет любви. В «Божественной комедии» любовь олицетворяет тайная платоническая возлюбленная Данте Беатриче Портинари, она же - явная возлюбленная Сальвадора Дали Гала Дали (Галина Дьяконова).

***

Но Дали любил не только свою музу Галу. «Люблю журналистов! - однажды написал Сальвадор Дали. - Они также способствуют кретинизации населения. И прекрасно с этим справляются».
Если у кого есть время, тот сам может подобрать подходящий круг ада тем, кто способствует кретинизации населения. Но это уже выходит за рамки выставки.

 

 Выставка в Пскове организована при участии культурно-просветительского проекта Art is here. Кураторы выставки: Артём Суслов и Марина Николаева. Выставка будет работать в галерее «Цех» (ул. Пушкина, д. 13А) до 10 декабря 2018 года.

3.

«РИСОВАТЬ НУЖНО НЕПРАВИЛЬНО»
(«Городская среда», 2018 г.)

Вот судьба: изгнание, выживание... Но жизнь получилась длинной и всё-таки счастливой (любимое творчество, признание). Хотя дочь говорит, что даже в 90-е годы художник опасался КГБ. И правильно делал, хотя КГБ, казалось бы, уже не существовало. Лишь бы опасение не превращалось в страх, потому что страх парализует творчество./.../

4.

СУДЬБА ЧЕЛОВЕКА ПРИ СОЦИАЛИЗМЕ
(«Псковская губерния», 2018 г.)

«Поражаюсь искусству ваших художников!»
Притчи о Ходже Насреддине.

Арнольд Ган: «Рисовать нужно неправильно. Тогда будет правильно!»

Художественную выставку «Рисунки монументалиста» Арнольда Гана, открывшуюся в Малом зале картинной галереи Псковского музея-заповедника 18 января 2018 года, можно назвать исторической. В том смысле исторической, что знакомишься с работами художника, с его биографией, и одновременно перед глазами проходит биография страны, называвшейся СССР. Революция, строительство, репрессии, переселение, дружба народов, взлёты, падения, распад государства...

«Здесь бьют»

Заслуженный деятель культуры Узбекистана Арнольд Ган* родился на территории нынешней Псковской области. Но прожил он в наших краях совсем недолго. На открытии выставки дочь художника Зоя Ган рассказала: «Когда моему папе был годик - в 1929 году - его вывезли из Себежа в город Каширу, в Подмосковье». Причина отъезда была в том, что начиналась очередная волна преследований.


Происхождение семьи Ган по тем временам было неподходящее. У прадедушки и прабабушки Зои Ган под Себежем когда-то было имение - три деревни: Петуховщина, Дубровка, Наволоки. Прабабушка Мария Войцеховская до революции 1917 года не дожила, а вот прадед Виктор Николаевич Ган был жив, как и многие его дети, внуки...


Некоторые биографические подробности семьи Ган можно прочесть прямо на одной из графических работ Арнольда Гана. Они сделаны на полях каллиграфическим почерком.


Пока многочисленная публика рассматривала выставленные работы - 12 живописных и 56 графических - дочь художника рассказывала интересующимся о том, что происходило с семьёй Ган после того, как они спешно покинули Себеж: «В Кашире у дедушки Павла Викторовича** репрессировали родного брата - Станислава Гана. Он был главным инженером Каширской ГРЭС. Там топили бурым углём. Нельзя топить им, от этого оборудование портится. Станислав Ган об этом говорил, но его не слушали. Оборудование сломалась. Произошла авария. Репрессировали 40 человек. Дедушкиному брату дали 10 лет без права переписки. Однажды сестрам удалось навестить его в Бутырке. Он сказал: «Здесь бьют». С тех пор никто его не видел и о нём ничего не известно. После этого друзья сказали дедушке, что если вы отсюда не уедете, то с вами может быть то же самое. Они быстро собрали вещи и уехали в Ташкент. Прадед был ещё жив и умер в Ташкенте».


Правда, в некоторых публикациях указано, что брата звали не Станислав, а Викентий (у Арнольда Гана было много братьев и сестёр, он был одиннадцатым ребёнком в семье). Впрочем, другие источники сообщают, что Викентий Викторович Ган был не инженером, а архитектором, и его красные расстреляли значительно раньше - во время Гражданской войны в Пензе.
В любом случае, непролетарское происхождение в «стране победившего пролетариата» усложнило жизнь семьи Ганов.

«Подсознание есть суть Искусства»

Когда пришлось покидать Подмосковье, будущему художнику-монументалисту Арнольду Павловичу Гану было лет шесть.


Ташкент в качестве места отступления выбрали не случайно. Туда ещё раньше вынуждено уехала одна из родных сестёр Павла Викторовича Гана. Это была ссылка из-за дворянского происхождения. Ей на выбор советские власти предложили Сибирь или Среднюю Азию. Она выбрала тёплые края. Так что семья Ган снова воссоединилась в Ташкенте, но уже не в полном составе.


Если взглянуть на списки репрессированных в СССР, то людей с фамилией «Ган» там много. Артур, Вольдемар, Герман, Рихард, Фридрих... Есть и Викентий, но другой - Викентий Юлианович, крестьянин из-под Гродно. Десятки имён русских немцев по фамилии Ган из Одессы, Саратова, Башкирии, Самарской области... Но в числе 2 миллионов 862 тысяч 259 человек, попавших в открытый список жертв политических репрессий в СССР, имя Станислава Гана не значится. Список неполный.
Про историю с «диверсией» на Каширской ГРЭС, снабжающей электричеством Москву, тоже мало что известно. Если почитать официальную хронику, то картина предстаёт исключительно благостная: «В 20-х - 30-х годах отрабатывались технологии использования местных видов топлива - бурый уголь, торф и пр., и наращивалась мощность станции до 205 МВт... Была разработана новая технология сжигания бурого угля, с её помощью ГРЭС стала лидером в стране по надёжности и экономичности оборудования. В 1939 году коллектив ГРЭС был награждён орденом Ленина «за успешное освоение нового типа энергетического оборудования и безаварийную работу». За цифрами и за бурым углём совсем не видно людей.


А вот в работах Арнольда Гана, представленных на выставке «Рисунки монументалиста», людей множество... Трогательные детские лица, старики... Много еле заметных деталей. Тонкая работа. «Канатоходец в красно-зелёном», «Босоногое детство», «Керамист», «Суворовец», «Старая женщина пьёт чай», «Играющая на металлофоне», «Беседа вокруг новостей», ещё одна  «Старая женщина», «Художник-чеканщик с женой», «Девочка вышивает»... Но с мелочами надо быть осторожным (об этом чуть ниже).


Казалось бы, художнику-монументалисту такое умение не обязательно. Монументалисту вроде бы не до деталей. Он расписывает стены дворцов, станций метро... Крупная форма, огромный масштаб...  В альбоме фотографий, который тоже имеется на псковской выставке, есть несколько изображений монументальных работ Арнольда Гана. Мозаики, фрески, рельефы, росписи. Художественное оформление станции метро «Проспект Космонавтов» и Дворца Искусств им. А.Навои, роспись в театре драмы в городе Джизаке, фреска по сырой штукатурке в театре драмы в городе Ургенче, мозаика «Древо Самарканда» и рельеф «Похождения Насреддина Афанди» в мемориальной чайхане «Самарканд-дарбаза», роспись в фойе концертного зала «Туркестан» и многое другое. Арнольд Ган много работал совместно с архитекторами Серго Сутягиным и Юрием Халдеевым и с братом Виктором Ганом (художником-монументалистом). Династия Ганов - художники в нескольких поколениях.


Младший брат Арнольда Гана художник Виктор Ган опубликовал заметки под названием «Принципы, которыми в своём творчестве пользовался мой брат Арнольд». Там есть такие строки: «Глядеть на натуру нужно краем глаза, боковым зрением. Таким образом, ты будешь видеть основу и не закопаешься в мелочах. Боковое зрение связано с подсознанием. Подсознание есть суть Искусства».

«Отец не очень воспринимал соцреализм»

Отец Арнольда Гана Павел Ган, оказавшись в Ташкенте в середине 30-х годов прошлого века, стал одним из основателей школы живописи в Узбекистане. С 1936 по 1957гг преподавал в РХУ им. П.Бенькова. Ещё в тридцатые годы какой-то «бдительный» студент донёс на Павла Гана, и Павла Викторовича задержали на несколько дней, но потом выпустили.

Зоя Ган упомянула имена других русских художников, живших в Ташкенте, с которыми советские власти обошлись более жестоко. Например, с Михаилом Курзиным. В 1936 году его осудили первый раз - за «контрреволюционную агитацию». Сотрудники НКВД изъяли его имущество. Большая часть его работ, скорее всего, погибла. Второй раз Курзина репрессировали в 1948 году за нарушение режима (он приехал в Ташкент навестить семью). На свободу Курзин вышел только в 1954 году по амнистии и через несколько лет умер.


«Сажали за шутки, за анекдоты, за всякую ерунду, - продолжила рассказ Зоя Ган. - Люди сильно боялись... Вы, наверное, слышали, что в почти высохшем сейчас Аральском море были острова прокажённых. И на некоторых островах были лагеря репрессированных людей».


О таинственных островах, в частности, об острове Барса-Кельмес, где был лепрозорий, в последние десятилетия появилось несколько публикаций. Один миф перекрывает другой миф. Остров, переставший быть островом, сейчас находится на территории Казахстана. Название переводится с казахского «пойдешь - не возвратишься». Для сотен тысяч людей в Советском Союзе такой дорогой в один конец стали тюрьмы и лагеря. Многие исчезли навсегда. Документы засекречены до сих пор.

Продолжительность жизни монументальных работ, несмотря на то, что они всегда на виду и украсть их затруднительно, часто короче, чем продолжительность жизни какого-нибудь скромного рисунка, сделанного на углём на бумаге. Так случилось с  мозаикой Арнольда Гана в здании Ташкентского аэропорта. После реконструкции мозаику не восстановили. Утрачены и некоторые другие монументальные работы (пожар, расширение дороги).


А небольшие живописные работы и графика - вот они. Привезены и выставлены в псковском музее-заповеднике. Живопись на досках, на каких-то картонках. Многое с явным восточным колоритом. Всё это явно не предназначалось для выставок. Арнольд Ган, несмотря на высокое положение (он был первым главным художником Ташкента) в КПСС не вступал и в своих работах старался избегать советского официоза. На выставке мы видим бытовые сцены, портреты, наброски, зарисовки... Дочь Арнольда Гана говорила, что «отец не очень воспринимал соцреализм и втихаря посмеивался над ним». Для себя он делал что-то, похожее на карикатуры. Склонность к юмору заметна даже в монументальных работах (рельеф в чайхане «Самарканд Дарбаза» на тему похождений Хаджи Насреддина). Или взять рисунок «Социальные отходы», или живописную работу «Судьба коровы при социализме». Глядя на выставленные работы Арнольда Гана трудно назвать советским художником. Есть даже работа «Вертинский в роли Пьеро». Это какая-то параллельная советской живопись.

Виктор Ган приводит принцип рисования, которым руководствовался его брат Арнольд: «Рисовать нужно неправильно. Тогда будет правильно!»

«А какие увлечения, кроме живописи, были у вашего отца?» - спросил я дочь художника. «В 90-е годы папа увлёкся вокалом. Он боготворил Шаляпина и выучил фактически весь его репертуар». - «У него был бас?» - «У него был бас-баритон. В юности он ходил в хор при консерватории. Всю жизнь хотел быть дирижёром. Не получилось, но когда вышел на пенсию, его позвали в любительской народных хор. Он покупал огромное количество старых нот. Половину времени посвящал вокалу».

***

У семьи Ган в дореволюционное время имелся свой герб. Герб был, разумеется, с петухами («ган»-«hahn» в переводе немецкого - «петух», оттого и родовая себежская деревня называется Петуховщина). Но на гербе был изображён ещё и кадуцей (жезл глашатаев из египетской, индийской, греческой и римской мифологии, обладавший способностью примирять). Советская, да и постсоветская история во многом основана на непримиримости. Примиряющий кадуцей утрачен.


Кроме того, в мифологии кадуцей использовали для усыпления людей и пробуждения ото сна.


Тем же занимается и искусство.

*Арнольд Павлович Ган (1928-2000), художник-монументалист, живописец, рисовальщик. Заслуженный деятель искусств Узбекистана. Учился в РХУ им. П.Бенькова у А.Волкова и В.Уфимцева с 1943-1948гг., затем с 1948-1954гг. в ЛВХПУ им. В.Мухиной. Его педагогами были  Е. Белашова, А.Дейнека, В.Мухина, В.Фаворский. Преподавал в РХУ с 1955-1962гг. Был первым главным художником города Ташкента.

 

**Павел Викторович Ган (1894 - 1967), художник-живописец, пейзажист, педагог, один из основателей школы живописи в Узбекистане. До революции учился в Петербурге в Школе им. барона Штиглица (сейчас - Институт Прикладного Искусства им. Веры Мухиной), а потом в Москве, закончив студию Дмитриева - Кавказского при Московском училище Живописи, Ваяния и Зодчества. Его педагогами были мастера русской школы живописи: Л. Пастернак, К. Коровин, А. Васнецов.

5.

«ТАМ, ГДЕ ОТДЫХАЮТ ОБЛАКА»
(«Городская среда», 2018 г.)

На открытии выставки эстонский консул поинтересовалась, живут ли в Пскове те, кто собирается участвовать во Всемирном дне избавления от мусора (он будет проходить в сентябре 2018 года в 150 странах). Про Всемирный день избавления мусора присутствующие не слышали, но зато слышали о «этнофутуризме». Иногда эстонского художника Навитроллу относят к «этнофутуристам»./.../

6.

РЕЦЕПТ СЧАСТЬЯ
(«Псковская губерния», 2018 г.)

Почти у каждого эстонца есть своя история, связанная с Псковом

Эта выставка должна была открыться в псковской галерее «Дар». Не всё же эстонскому художнику, именующему себя Навитролла, выставляться в лондонской галерее Тейт Модерн. До этого один из самых известных эстонских художников Навитролла выставлял свои работы в Эстонии, Финляндии, Португалии, Германии, Великобритании, но не в России. Но «Дар», как известно, перешёл на «другие рельсы». И тогда искусствовед Ольга Кошелькова устроила выставку эстонского художника в театральной галерее «Цех». Правда, до Пскова пока доехали только жикле - высокохудожественные копии.

Глобус Южной Эстонии

Стены галереи «Дар» тоже не остались пусты. Обещанный хозяином галереи Виктором Яудземисом «праздник женщинам» устроили в «Даре» 3 марта 2018 года, и это было специфическое цветочное зрелище под названием «Белое танго»: живопись, пастель, тиффани и фьюзинг (паянный витраж). Не все женщины сочли новую выставку праздником. Но у них была прекрасная альтернатива - прийти в псковский драмтеатр и удостовериться, что неподалеку от Пскова - в Южной Эстонии, то ли на хуторе, то ли в деревне Нави в 1970 году родился оригинальный художник Хейки Тролла, он же Навитролла (Тролла из Нави).


Эстонское «Нави» и русское «наивный» перекликаются.


Презентация в Пскове в галерее «Цех» прошла с участием эстонского консула, но без участия художника.


Во время открытия было сказано: «Почти у каждого эстонца есть своя история, связанная с Псковом». Есть она и у Навитроллы. В детстве он покупал в Пскове профессиональные акварельные краски, которых не мог достать в Тарту и Таллине. Поэтому, получив предложение устроить выставку в Пскове, Навитролла «безумно обрадовался». Возникла и другая идея: устроить в Эстонии совместную выставку с одним из «наивных» псковских художников.

Ребёнком Навитролла приезжал с родителями на псковский рынок - торговать картошкой и мясом («поросёнками»). Когда разглядываешь работы этого художника, то не сразу веришь, что когда-то он был связан с мясом животных. Его работы, так сказать, вегетарианские. Животные на них напоминают растения.


Картины переполнены экзотическими зверями, которых в Эстонии, пусть даже и Южной, встретить трудно: жирафами, зебрами, львами. Попадаются и птицы - пингвины.


На эстонской почве все эти живые существа чувствуют себя как дома, и это позволяет им интересоваться тем, что находится над головой. Не только облаками, но и космосом. Там, вверху, тоже происходит много интересного. Там определённо существует жизнь. Доказательство? Работа «Застенчивая комета».

Правильная маскировка

Строгие псковские художники ходили  по галерее «Цех» и, останавливаясь у очередного жикле, произносили: «Сальвадор ДалиРене МагриттАнри Руссо...» В том смысле, что Навитролла при написании той или иной работы имел в виду этих художников. Однако это не главное. У эстонского художника есть свои темы и своя манера. Более того, он создаёт свой мир, который не спутаешь ни с чем. Мы видим обитателей, которых можно обнаружить только на «глобусе Южной Эстонии».


Навитролла как истинный последователь наивизма «поселил» экзотических животных пусть и в Южной, но Эстонии. Но этим не ограничился. Произошло скрещивание эстонского пейзажа (с его берёзами, грибами, лугами) с экзотическим животным миром Африки и Антарктиды.

Скрещивание дало сильный эффект. Царь зверей лев оказался ниже грибов-лисичек. Грибное царство в воображении Навитроллы ничуть не уступает африканской саванне.


Жирафы стали похожи на берёзы, а берёзы на жирафов. Эстонский юмор переплетается с английским. В российской галерее это вызывает радостное оживление.
Облака у Навитроллы тоже напоминают живых существ. Они перемигиваются, они отдыхают.


Жирафы тянутся ввысь. Посетители галереи, улыбаясь, тянутся к эстонским жирафам.


Навитролла «работает с масштабом», хотя слово «работа» здесь не совсем уместно. Он скорее играет. Веселится. «Своими работами я хочу сказать людям, что счастлив, рисуя, - объясняет он. - Так что в мире в момент создания картины точно на одного счастливого человека больше». Одна из представленных в Пскове работ так и называется: «Счастье - лучшее лекарство».


В этом идеальном мире художника нет людей. Вернее, есть, но они невидимы. Они слились с природой. Одна из работ носит название «Правильная маскировка даёт преимущество».


Но ещё большее преимущество даёт открытый  взгляд на окружающий мир.

7.

«В НАТУРЕ ЦВЕТ ЖИВОЙ ИСКАЛА»
(«Городская среда», 2018 г.)

Регулярно бывая на художественных выставках, в двух случаях из трёх думаешь о том, умеет ли художник рисовать? Есть масса способов замаскировать своё неумение. Но в случае с Тамарой Рейн всё ясно с первой секунды. Она из тех, кого принято называть прирождённым художником. Тем интереснее наблюдать, как менялось её творчество в течение ХХ века./.../

8.

В ПОИСКАХ ЖИВОГО ЦВЕТА
(«Псковская губерния», 2018 г.)

Чтение книги-альбома «Тамара Рейн» - это путешествие и во времени, и в пространстве

Это была очень тёплая выставка. Помню, как люди, пришедшие в мороз в псковский гайд-парк - он же сквер Искусств на Четырёх углах - в ожидании начала очередного митинга согревались в городской библиотеке на Конной. Их грело не только тепло батарей парового отопления, но и развешенные на стенах читального зала акварели Тамары Рейн: летние крымские пейзажи, летнее купание в Череменецком озере...

«С окном в сиреневый сад...»

Выставка в псковской библиотеке открылась параллельно с презентацией юбилейной книги-альбома, посвящённой Тамаре Рейн. В 2018году изданную в Москве книгу-альбом здесь представлял московский писатель Владимир Потресов - сын Тамары Рейн (текст - Владимир Потресов, оформление - Юлия Потресова). Книга, выпущенная издательством «Пальмир», тоже согрета тёплыми воспоминаниями.


Кроме большого количества иллюстраций живописных и графических работ в книге-альбоме много историй, связанных с теми местами, которые на картинах изображены. Вы смотрите написанный в 1935 году офорт «Деревня Козы», а под ним читаете пересказ того, о чём вспоминала Тамара Рейн. В крымских Козах студенты делали этюды. Приехала комиссия с проверкой. Требовалось предъявить по тридцать этюдов. У одного ленивого студента их было намного меньше, но он не растерялся и разрезал каждый свой холст на четыре части и показал комиссии - за что и был поставлен в пример. Остальным студентам сказали: «Смотрите, он отдельно работал над морем, над небом. Совершенствовался. А вы?»


Книга полна историй. В большинстве из них слов нет вообще, потому что это живописные и акварельные истории. Но любопытным людям они способны о многом рассказать. О некоторых «ПГ» уже писала.*


Чтение книги-альбома «Тамара Рейн» - это путешествие. Путешествие и во времени, и в пространстве. Горы Казахстана 1936 года, пляж в Дзинтари 1958 года, парк в Паланге 1960 года, Рига 1962 года, Вологда 1977 года, Таллин 1980 года, Сухуми 1983 года... Цветные мелки на бумаге, акварель, цветная линогравюра, масло на холсте, фломастер, цветной карандаш, тушь, офорт... На акварелях Тамары Рейн даже пасмурная погода кажется солнечной - за счёт цветных зонтиков и черепичных крыш.


И всё же, несмотря на псковские, крымские, прибалтийские и разные другие мотивы Тамара Рейн художник московский - не только по прописке, но и по духу. Двор на Молчановке, Детский сад в Потаповском переулке (Большом Успенском)... На одной из фотографий, сделанной в 1920 году на Чистых прудах, пятилетняя Тамара стоит вместе с братом, сестрой и мамой.


«Детская с окном в сиреневый сад и во двор с уцелевшим в московском пожаре 1812 года старинным особняком», - вспоминает Владимир Потресов о своём детстве.


Если за окном детской сирень и исторический особняк, то это многое меняет и объясняет.

«В московские особняки врывается весна...»

До того, как переехать в Большой Успенский переулок, семья Рейн снимала квартиру на Малой Лубянке в доме близ храма св. Людовика Французского.
В 1922 году Тамара Рейн пошла в знаменитую «реформаторскую» школу в Большом Трёхсвятительском переулке. При большевиках его переименовали в Большой Вузовский. Школу (училище) в разное время заканчивали поэт и драматург Александр Галич, кинорежиссёры Марлен Хуциев и Ефим Дзиган (известный по фильмам «Мы из Кронштадта» и «Если завтра война»), пианист Лев Оборин, радист-полярник Эрнст Кренкель, президент музея изобразительных искусств им. Пушкина Ирина Антонова...
Предмет под странным названием «физматика» у Тамары Рейн преподавал Сергей Серпинский, позднее организовавший в районном Доме культуры театральную студию, которую посещали Лев Дуров и Сергей Колосов (режиссёр фильмов «Вызываем огонь на себя», «Укрощение строптивой», «Душечка», «Операция «Трест» и многих других). Тамара Рейн в той же студии делала эскизы костюмов и декораций.


Акварельные эскизы костюмов или оформления сцены к спектаклям Серпинского «Мнимый больной» и «Три мушкетёра» в книге-альбоме тоже есть. Тогда же - в 1938 году - Тамара Рейн стала публиковаться в советских журналах - «Вожатый», «Мурзилка», «Тридцать дней»...


Владимир Потресов включил в книгу строки из интервью Льва Дурова, где тот говорит о руководителе театральной студии: «Я стал ходить в театральную студию Бауманского района. У нас был замечательный учитель Сергей Владимирович Серпинский. Он всё умел! Он разбирался в математике, астрономии, прекрасно играл на фортепиано, водил нас по музеям, усадьбам. Благодаря ему я поступил в Школу-студию МХАТ. Но главное, Сергей Владимирович выбил из нас жлобство». У Дурова спрашивают о жлобстве, и он объясняет: «Жлобство - это отсутствие культуры. Культуры всяческой, культуры общения, культуры поведения. Оно не зависит от социального или образовательного уровней. Жлоб - этот тот, кто говорит человеку: «Эй!» Когда я на улице встречал Рихтера (он жил в доме рядом с нашим театром), мы здоровались, и он приподнимал шапку. На улице шёл снег... и я тоже снимал шапку. И не выдерживая, просил его надеть свою, «Ну, что вы, что вы», - отвечал он».


Жлобства в искусстве не меньше, чем в московских подворотнях середины прошлого века. Это такая грубая жадность, нахрапистое плебейство. Сколько угодно существует художников, которым наплевать на своих предшественников, на публику, да и на искусство как таковое. Они «самовыражаются». Тамара Рейн была из тех художников, чья культура ощущается в каждом наброске, в каждом рисунке, не говоря уже о законченных работах.


У неё было ценное для художника качество: схватывать увиденное на лету. Речь не только о портретах. Она ловила настроение. В восьмидесятых годах она стала делать свои воздушные акварели на фильтрованной бумаге.
Она «в натуре цвет живой искала» (это строка из стихотворения Якова Когана, посвящённого Тамаре Рейн). Здесь уместны и другие стихотворные строки - пастернаковские: «В московские особняки // Врывается весна нахрапом...» Москва Тамары Рейн - это не Кремль и тому подобные парадные виды, а старинные дворики, переулки, детская комната с игрушками, материнское вязанье... Это «домашняя» Москва. Та Москва, которую Борис Пастернак описывал, рифмуя желтофиоли с привольем, цветочные горшки и пыльные чердаки.

***

Ещё раз перелистываю книгу-альбом. Вологодские лыжники на фоне Софийского собора, вереница велосипедистов из Паланги, беззаботные пловцы в Дзинтаре... Активная жизнь на свежем воздухе. Но самый активный здесь - художник. Тамара Рейн.

9.

НАИВНОЕ ИСКУССТВО
(«Городская среда», 2018 г.)

Выставки, посвящённые недалёкому прошлому, чаще всего двусмысленны. Что там было 200 лет назад, мы знаем только по книгам, а события тридцатилетней давности помнят многие. Есть к чему придраться, особенно если на стене висят плакаты, на которых советские дети благодарят Сталина за  счастливое детство. Тридцать лет назад Сталина публично благодарила, разве что, Нина Андреева в статье «Не могу молчать». Но выставка в псковском «Доме ремёсел», тем не менее, интересна. На циферблате советского будильника, стоящего на музейной полке, установлено то наивное время, когда огромная страна ещё не развалилась, а пионеры понятия не имели, что они на самом деле не первые, а последние./.../

10.

БИОГРАФИЧЕСКИЕ ПОДРОБНОСТИ
(«Псковская губерния», 2018 г.)

То, что мы видим на выставке в «Доме ремёсел», - это идеальное безоблачное детство. Холодный дождь уже прошёл, а радуга ещё не исчезла

Выставка под названием «Это наша с тобой биография» готовилась ко Дню знаний. Но 1 сентября давно прошло, а люди всё приходят и приходят. В псковском «Доме ремёсел» на улице Некрасова к ней повышенный интерес. Старшие хотят вспомнить детство, а младшие  - прикоснуться к истории (для них 1975 год почти так же далёк, как и 1875 - прошлое тысячелетие).

«Мне не думать об этом нельзя»

Пульхерия была заинтригована. Её глаза разбегались. Прежде всего, она заинтересовалась искусством. Точнее, советским журналом «Искусство». Для этого пришлось запрыгнуть на подоконник в маленькой комнатке в «Доме ремёсел». Там кроме журнала «Искусство» были разложены журналы «Техника молодёжи», «Крестьянка», «Костёр»...

Затем любопытный котёнок по кличке Пульхерия ринулся к оловянным и пластмассовым солдатикам. Но увидев, что рядом есть электронные кубики, детский лобзик и детский рубанок, бросилась изучать их. Ткнулась носом.  Но потом на глаза попались стаканы в подстаканниках. Они блестели на солнце, и их надо было срочно понюхать.

В советское время был такой термин - «вещизм», а в более ранние времена это понятие встречалось у православных (оно означало почти то же самое, что и сребролюбие). Вещизм в СССР осуждали и высмеивали в газетных фельетонах.

Прошло несколько десятилетий.  Интерес к вещам, изготовленным сорок-пятьдесят назад, сохранился.  Но это уже не вожделенные джинсы, которые трудно было купить, но можно «достать». И не хрустальные вазы, и не иностранные мебельные гарнитуры. Интерес представляют  самые элементарные вещи: значки, тетрадки, учебники, пионерские галстуки, коньки, школьные портфели... На выставке «Это наша с тобой биография» есть даже ромбовидный бумажный пакет из-под молока (советская промышленность позаимствовала его в Швеции - у фирмы Tetra Classic). Полулитровый пакет молока стоил 16 копеек.

Название выставки - строчка из бодрой советской песни (музыка Мажукова, стихи Писаржевской и Монастырёва). В ней есть такой куплет: «Мне не думать об этом нельзя, // И не помнить об этом не вправе я, - // Это наша с тобою земля, // Это наша с тобой биография...»

Нам об этом можно не думать. Но лучше всё-таки думать и вспоминать. Биографию не переделаешь, хотя некоторые пытаются.  С чистого листа заново жить не начнёшь. Судя по отзывам посетителей, каждый обращает на выставке на то, что ему ближе. Например, на альбом с открытками советских актёров. Ефим КопелянИгорь ИльинскийБруно ОйяВасилий ЛановойАнастасия Вертинская, Марианна Вертинская...

Но главный акцент всё-таки на детских вещах. Школьные тетрадки, игрушки, пионерские галстуки...

В витринах, на стеллажах и на столах лежат диапроектор и диафильмы («Мойдодыр» и др.), контурные карты, календарь школьника 1985 года, костяные счёты, будильники, калькулятор, фонарик, детское лото, школьный портфель, куклы Буратино, Чебурашка, Крокодил Гена, Старик Хоттабыч, олимпийский Мишка...

Возникает выставочная картинка счастливого детства с пионерскими лагерями, бесплатными кружками в Доме пионеров и озорным телевизионным журналом «Ералаш».

«Ширится забастовка шведских трудящихся...»

С одной стороны, это выставка насквозь советская. ЛенинСталин, детские улыбки как доказательство единственно верной линии партии... Не всем жителям Пскова такое придётся по вкусу. Неподалёку от «Дома ремёсел» расположен совсем другой дом, в подвале которого по ночам в 1937-38 году по надуманным предлогам расстреливали советских граждан. Именно в те годы появился плакат «Спасибо любимому Сталину за счастливое детство», висящий на стене «Дома ремёсел».

Пульхерии плакат со Сталиным было не достать и коготками не поцарапать. Поэтому она запрыгнула  на письменный стол, где были разложены вещи советского корреспондента газеты «Правда» и члена Союза писателей Владимира Воробьёва. На столе - массивная пишущая машинка, блокноты, журнал «Вокруг света», красный телефонный аппарат с круглым диском, а к стене прикреплены чёрно-белые фотографии и газеты «Правда», «Псковская правда», «Комсомольская правда»...

Читаем сообщения из-за рубежа с телетайптной ленты: «Ширится забастовка шведских трудящихся...», «300 тысяч безработных зарегистрировано в Испании», «Повышены цены на зерно на 20 процентов в Японии...», «Продолжается спад тяжёлой промышленности в США...»... Но первые страницы отведены «вестям с полей» и речам советских вождей. Статьи с характерными названиями «С трудовой победой», «Есть пятилетка!», «Испытанный авангард»...

В газете «Камчатский комсомолец» от 12 января 1974 года, в общем-то, читать почти нечего. Но это если относиться ко всему напечатанному исключительно серьёзно. Если вы не умеете читать «между строк», то многое потеряете.

В действительности, между передовицей газеты «Правда» и книгой Николая Носова «Фантазёры» (она стоит на полке) не так уж много общего. Слишком разные там и там фантазии. Как мало общего между плакатом «Спасибо Сталину за наше счастливое детство» и Крокодилом Геной.

Следует разделять официоз и бытовые подробности советского детства.
У Николая Носова советские дети Мишутка и Стасик сидят на скамейке и разговаривают. «Сколько тебе лет?» - спрашивает Мишутка. - «Девяносто пять. А тебе?» - «А мне сто сорок... раньше я был большой-большой, как дядя Боря, а потом сделался маленький». - «А я сначала был маленький, а потом вырос большой, а потом снова стал маленький, а теперь опять скоро буду большой...»

Носов пишет, что будто мальчишки «пошли на спор, кто кого переврёт». Но это маленькие дети. Взрослые тоже не прочь посостязаться в таком искусстве. Так было тогда. Так есть сейчас.

Одним посетителям выставки кажется, что она посвящена государству, «которое мы потеряли». Они приходят сюда потому, что здесь есть пакет молока по 16 копеек, а в соседнем магазине полулитровый пакет молока стоит 32 рубля. За белой дверью маленькой комнаты хранится осколок «идеального мира». Значки, вымпелы, школьная форма, пионерский галстук, коньки, дипломы, школьные учебники, хоккейная клюшка, чернильница, школьные тетради с портретом Маяковского на обложке...

Другие посетители, прикоснувшись к старым вещам, задаются неудобными вопросами. Выставка «Это наша с тобой биография» для них - это советский абсурд и советская же уверенность в завтрашнем дне. Стабильность, обернувшаяся распадом. Раньше было «прекрасное будущее», а сейчас - «прекрасное прошлое». А настоящая жизнь осталась где-то в другом месте.

«Детство - это краски радуг...»

Сидишь дома на маленькой кухне, слушаешь по радио «Пионерскую зорьку». Допустим, это трёхпрограмное радио «Апогей-306», которое тоже есть на выставке «Это наша с тобой биография». По радио звучит популярная песня «Детство - это я и ты» Чичкова и Пляцковского«Детство, детство, детство - это свет и радость. // Это песни, это дружба и мечты. // Детство, детство, детство - это краски радуг. // Детство, детство, детство - это я и ты»...

То, что мы видим на выставке в «Доме ремёсел» - это исключительно «краски радуг». Идеальное безоблачное детство. Холодный дождь уже прошёл, а радуга ещё не исчезла.

Кто скажет что-нибудь против таких строчек этой песни? «Все люди на большой планете // Должны всегда дружить. // Должны всегда смеяться дети // И в мирном мире жить...»

Сегодня те самые советские дети и дети тех детей убивают друг друга в Донбассе. Или встречаются в автозаке на митинге протеста: одни сажают других.

Все нынешние руководители России были октябрятами, комсомольцами и членами КПСС. Они тоже слушали «Пионерскую зорьку», смотрели по телевизору утреннюю передачу «Будильник» и пели в школьном хоре пионерские песни: «Детство, детство добротой не зря согрето. // Детство, детство завтрашних людей земля...»

Завтрашние люди стали настоящими или даже вчерашними.

11.

ОБРАТНАЯ СТОРОНА ЧЕЛОВЕКА
(«Городская среда», 2018 г.)

Слова звучат на разных языках, но смысл одинаков: loup-garou, ulfhedhinn, lupo mannaro, hombre lobo, lobisomem, vilktaki... Человек-волк.

Человеку человека мало. Ему подавай ещё-что-нибудь. Хочется влезть в чужую шкуру - в волчью, тигровую, медвежью...  И дело не только в тёмном тотемном прошлом. Об этом ещё раз напомнила выставка в псковской библиотеке на Конной.

12.

РЫСКАТЬ ВОЛКОМ
(«Псковская губерния», 2018 г.)

Роль оборотней в отечественной и мировой истории и культуре никогда не была второстепенной

«Самые зловещие оборотни - волки... Оборотень-волк редко бывает мужчиной. Поэтому часто это не волк, а волчиха...»
Тэффи. «Оборотень».

В Центральной городской библиотеке Пскова открылась выставка эстонской книжной графики «Бегущая с волками. Оборотень». Первоначально было объявлено, что псковичам покажут иллюстрации к книге «Бегущая с волками. Женский архетип в мифах и сказаниях» Клариссы Пинкола Эстес (американского поэта, философа и психоаналитика). Но во время презентации эстонский художник и вице-президент эстонской секции Международного Совета по детской книге Вийве Ноор вдруг сказала: «Это вообще не так». Оказалось, что книга - отдельно, а иллюстрации - отдельно. Чуть позднее последовало подтверждение: «Иллюстрации к книге «Бегущая с волками» отношение не имеют».

«Пусть вам встретится волк!»

Когда вы имеете дело с оборотнями, то событие может обернуться чем-нибудь неожиданным. Вы думали об одном, а произошло другое. Впрочем, разочарованных среди посетителей библиотеки оказалось немного. Большинство пришло не книгу Клариссы Пинкола Эстес читать. Они хотели увидеть книжные иллюстрации из Эстонии. С иллюстрациями не первый раз знакомит псковичей Вийве Ноор.*


Присутствие Вийве Ноор означает, что обязательно покажут что-то необычное. Эстонские книжные иллюстраторы - одни из лучших в мире. Хотя то, что представлено в библиотеке на Конной, имеет отношение не только к Эстонии. Люсия МржякДжулия ЛандониоПрийт РеаЕлина СилдреУрмас ВиикЮри Милдеберг... Как видите, имена не только эстонские, но хорватские, итальянские... Хотя живут все художники в Эстонии, и на заданную тему - волков-оборотней - высказались каждый по-своему.


Вийве Ноор рассказала, что для эстонцев и итальянцев  волк - «национальное животное». В пресс-релизе выставки написано: «В эстонском фольклоре увидеть волка - хорошее предзнаменование. В Эстонии и сейчас иногда говорят: «Счастливого путешествия! Пусть вам встретится волк!»
В России к волкам в фольклоре отношение не такое благостное. Место волка здесь, скорее, занимает медведь, хотя и с ним мало кто добровольно пожелает встретиться. Живой медведь в лесу - это не добродушный мишка из сказки или с картины Шишкина.


Но выставка - не о волках и не о медведях, а об оборотнях. А их в фольклоре всех стран мира предостаточно. Вийве Ноор рассказала об аргентинских поверьях, доживших до наших дней. Там некоторые до сих пор уверены, что седьмой сын, родившийся в семье, - оборотень. С 1907 года в Аргентине происходят официальные обряды экзорцизма и «усыновления» седьмых детей президентами страны - чтобы с детьми не расправились борцы с оборотнями. Эти обряды законодательно утверждены указом президента Хуана Доминго Перона в 1973 году. В ХХI веке традиция привлекать главу государства к «усыновлению» продолжилась.

«И волком обротясь, дружину в бой ведёт, смеясь...»

Постепенно оборотни, в частности оборотни-волки, стали в мире частью массовой культуры. Одни только фэнтезийные книги и фильмы из серии «Сумерки» чего стоят.  Главная приманка «Сумерек» - мелодраматические повороты и типичные ходы, позаимствованные из мыльных опер (Белла любит и вампира, и оборотня, и (о, ужас!), целуется с обоими). И всё это происходит на фоне надвигающейся войны.** Юным барышням нравится.


Присутствующие на псковской выставке стали приводить примеры волков-оборотней в русской литературе. Поэт Артём Тасалов  вспомнил об одном из героев поэмы «Слово о полку Игореве» и о былинном богатыре Волке (Волхе) Всеславьевиче, он же Вольга Святославич. Этот богатырь (хотя некоторые учёные считают, что Волх и Вольга, судя отчествам, - разные богатыри) - один из самых известных русских оборотней. «Стал Волх расти-матереть,// Научался Волх многим премудростям: //Щукой-рыбою ходить Волху по синим морям, // Серым волком рыскать по тёмным лесам, //Гнедым туром - золотые рога рыскать по полю, //Ясным соколом летать под облаком...»


В «Слове о полку Игореве» действует правнук Владимира Крестителя полоцкий князь Всеслав Брячиславич (Всеслав Вещий, Всеслав Чародей): «Самъ въ ночь влъкомъ рыскаше». В переводе Жуковского это звучит так: «Князь Всеслав людей судил, // Князьям он рядил города, // А сам в ночи волком рыскал; // До петухов он из Киева успевал к Тьмуторокани, // К Херсону великому волком он путь перерыскивал...»


С Псковом у «князя-оборотня» Всеслава Полоцкого были особые счёты. В 1065 году он приходил сюда с войском, осадил город, но взять его не удалось. Следующий поход оказался успешнее. Псков полоцкий князь снова не взял - на подступах к городу его встретило войско новгородского князя Мстислава Изяславича. Бой произошёл на реке Черёхе. Новгородское войско разгромили, новгородский князь бежал в Киев. Всеслав повернул на Новгород. После осады город взяли и разграбили. Женщин и детей взяли в плен. Из Софийского собора сняли колокола, иконы и паникадила. Возможно, трофеи предназначались для строящегося Софийского собора Полоцка (первой каменной постройки на территории современной Беларуси).
В репертуаре группы «Пелагея» есть восьмиминутная композиция «Оборотень-Князь» - про полоцкого князя Всеслава Чародея («И волком обротясь, //Дружину в бой ведёт, смеясь...»).


В том же 1067 году объединенное киевское войско нанесло Всеславу поражение у реки Немиги. В «Слове о полку Игореве» сказано: «На Немиге снопы стелют из голов, бьют цепами булатными, на току жизнь кладут, веют душу из тела...» Через четыре месяца Всеслава с двумя сыновьями обманом взяли в плен и бросили в киевскую темницу. Но поражение обернулось победой. В 1068 году в Киеве вспыхнуло восстание, и Всеслава Полоцкого возвели на престол. Ненадолго.

«Путали некрофилию с филателией»

Оборотни являются не теми, за кого себя выдают. Царевна-лягушка, царевна-лебедь, Финист - Ясный Сокол, волколаки... Список почти бесконечен. Люди во все времена любили истории о превращениях - вольных или невольных. За сменой личины всегда стоит какая-то загадка, двойная жизнь... Так и хочется спросить: «А как его настоящая фамилия? Не шпион ли он? Не двойной ли агент?» Разброс книг и жанров огромный. От «Эпоса о Гильгамеше» и «Метаморфоз» Овидия до «Аленького цветочка» Сергея Аксакова и «Священной книги оборотня» Виктора ПелевинаБез упоминания «Мастера и Маргариты» Михаила Булгакова с котом-оборотнем тоже не обойтись. О компьютерных играх и говорить нечего.

 

Попробовать себя в роли вервольфа может любой желающий.


На рисунках из Эстонии, демонстрирующихся в Пскове, большинство оборотней - существа скорее привлекательные, добродушные. Почти как из фильма «Джентльмены удачи»: «Я злой и страшный серый волк, я в поросятах знаю толк. Ррррр...»


В советских фильмах оборотней хватало. Но это особенные оборотни. Такие, как медведь из сказки Евгения Шварца «Обыкновенное чудо».


«Когда какая-нибудь первая попавшаяся принцесса меня полюбит и поцелует, - объясняет человек-медведь, - я разом превращусь в медведя и убегу в родные мои горы». Коварство и любовь с последующим жертвоприношением (самопожертвованием).


В рассказе «Оборотень» Тэффи вспоминает о литературном кружке, в котором она состояла. Тэффи пишет о повальном увлечении «чароманией», вампиризмом и оборотнями. БрюсовСологуб... Молодёжь тоже старалась за ними угнаться: «Путали некрофилию с филателией, но от века отстать не желали. Начинающие поэты любили в своих стихах суровых ведьмаков и летали на Брокен целыми выводками. Оборотни были тоже в большей чести...»


Оборотни всегда будут в большой чести. Людей интересует двойная жизнь и превращения. Им самим иногда хочется в кого-нибудь превратиться.

13.

СВЯЗКА ПОТЕРЯННЫХ КЛЮЧЕЙ
(«Городская среда», 2018 г.)

Правнук императора Камму принц Аривара Нарихира написал такую танку: «Если спросят люди: // "Скажите нам, что это было? // Драгоценный жемчуг?" // Отвечайте: "Капля росы // На заре спешила исчезнуть".  В японской культуре подобные метаморфозы происходили часто. Исчезающую каплю росы ценили больше, чем жемчуг. Возможно, по этой причине многие европейцы воспринимали Японию как некую перевёрнутую планету, где всё происходит наоборот. Или как Зазеркалье, где явления похожи, но оцениваются они совершенно иначе, чем в нашем мире./.../

14.

«КАК МНЕ РАЗВЯЗАТЬ ТВОЁ КИМОНО»?
(«Псковская губерния», 2018 г.)

Взаимный культурный интерес России и Японии исчисляется многими десятилетиями

Перекрёстный год культуры «Россия - Япония» в Центральной городской библиотеке Пскова провожали выставкой графического дизайна под названием «Вот самурай, а вот гейша. А вот их сёгун...» Это строка из песни группы «Аквариум». В  песне собраны многие стереотипы о Японии: сакэ, кимоно, гора Фудзи, самурай, гейша, сёгун, сад камней... Третьекурсники кафедры дизайна и технологии обработки материалов факультета образовательных технологий и дизайна ПсковГУ создали 24 плаката на заданную тему. У каждого своя Япония.

«Да, чувствуется аромат древней культуры!»

На том конце земли какие-нибудь другие студенты - японские - тоже могли бы изобразить свою Россию. А выставку назвать, взяв какую-нибудь строку из популярной в нашей стране японской песне «Каникулы любви».

Допустим, эту: «Это тайна между нами...» Тайн между Россией и Японией по-прежнему существует немало.


Та самая песня «Аквариума» заканчивается ёрнической фразой: «Мне снится Басё с плакатом "Хочу быть, как Цой!"» Для многих европейцев нероссийский Дальний Восток на одно лицо. Псковские студенты-дизайнеры под кураторством Лилии Момотовой на плакатах  до русского корейца Цоя не добрались. Зато цитат из Басё было с избытком.


Афиша выставки напомнила о книге «Коро-коро» переводчика Харуки Мураками Дмитрия Коваленина (о ней я писал 12 лет назад, но хорошо помню). Лидер «Аквариума» Борис Гребенщиков в книге появляется собственной персоной. Он прилетает в Японию, спускается с трапа и, отхлебнув кока-колы из банки с иероглифом, произносит: «Да, чувствуется аромат древней культуры!» Необходимая доля абсурда достигнута. Поэтому когда БГ садится и пишет письмо японскому императору, это воспринимается как должное.


Песне, вдохновившей устроителей псковской выставки, в книге «Коро-коро» уделено особое внимание. Там говорится, в каких условиях сочинялась эта песня и что значит то или иное японское понятие.


Кроме развешенных на стенах плакатов на книжных полках и в библиотечных витринах были выставлены книги. «Коро-коро» там не оказалось, зато присутствовали «Техника кимекоми», «Япония, японцы и японоведы», «Вооружение самураев», «История японской культуры», «Красота по-японски», «Японская поэзия», «Пятнадцатый камень сада Рёандзи»... Имелись там  и «Записки флота капитана Головнина о приключениях его в плену у японцев в 1811, 1812 и 1813 гг.», которыми в детстве зачитывался писатель Иван Гончаров.


Во время презентации прозвучала известная фраза. Её Гончаров произнёс ещё до того, как отправился на фрегате «Паллада» в кругосветное путешествие. Япония из далёкой России напоминала ему «запертый ларец с потерянным ключом».


Но каким бы запертым в середине XIX века ни был этот ларец, всё-таки до России, в конце концов, из Японии добрались дарума (японская традиционная кукла-неваляшка) и фукурума - прообраз русской матрёшки. Правда, в последнее время в России появились публикации, в которых отрицается влияние японских кукол на русскую неваляшку и матрёшку. Всё-таки, мир между Россией (правопреемницей СССР) и императорской Японией окончательно так и не установился до сих пор. Вернее, состояние войны официально прекращено, но мирный договор не подписан - из-за противоречий, связанных с островами Курильской гряды. Японцы называют их «Северными территориями».


Японцы ссылаются на обещание Никиты Хрущёва, зафиксированное в специальной декларации. В ней сказано, что СССР обязуется передать Японии острова Хабомаи и Шикотан, но только после заключения мирного договора.


Как раз в 2018 году - в «перекрёстный год Японии и России», особенно после встречи в Сингапуре Путина и премьер-министра Японии Синдзо Абэ, с новой силой начали распространяться слухи о передаче как минимум двух островов Японии. 22 декабря 2018 года в Южно-Сахалинске на площади Победы даже прошёл митинг против передачи Японии двух островов. Митингующие держали в руках плакаты: «Аляску профукали, а теперь Курилы» и т.п. Эти плакаты по стилистики совсем не напоминали те, что можно было увидеть на  почти безмятежной выставке «Вот самурай, а вот гейша. А вот их сёгун...»

«И любовь бесконечна, как море»

Упомянутую песню «Каникулы любви» к летней олимпиаде в Токио (1964 год) написали композитор Хироси Миягава и поэт Токико Иватани. Исполнил её японский дуэт The Peanuts.  В 1966 году русский вариант текста под названием «У моря, у синего моря...»  написал Леонид Дербенёв. Дословный перевод был невозможен. В оригинале пелось: «Сердце девичье // Грезит о сладкой любви...//  На сверкающем золотом // Горячем песке // Давай ласкаться обнаженными телами...» В советском варианте это выглядело значительно невиннее: «У моря, у синего моря... // Ты со мною ты рядом, со мною. // И любовь бесконечна, как море».


Море, разделяющее (соединяющее?) Россию и Японию не такое ласковое, как в песне. Но взаимный культурный интерес исчисляется многими десятилетиями.


Японское искусство словно бы рождено для плакатов. Самое очевидное - искусство каллиграфии, с помощью которой передаётся не только информация, но и мимолётное настроение. Это называется суйбокуга -  искусство штрихов и линий. Важны сила штриха и изгиб линий (за эмоции отвечает изгиб). Особое значение имеет цвет.


 Японцы, многое позаимствовавшие у китайцев, в начале VII века нашей эры даже каждому чиновничьему рангу присвоили свой цвет. Тёмно-синий, светло-синий, тёмно-чёрный, светли зубы, тем ты солиднее. Это вам не белозубая улыбка простолюдина.


 О чёрном цвете на открытии выставки заговорили особо. Слово взял самый неутомимый и шумный участник многих библиотечных презентаций художник Валентин Решетов. На этот раз он придрался к линиям и к тёмному фону на некоторых плакатах. «Вы не поняли суть востока! - разгорячился художник. - Никогда японцы не работали в тёмных тонах! Вы не прочувствовали Японии, по-западному отнеслись. Если выставите эти плакаты в интернете, то японцы вас обсмеют».


А как должны были отнестись к созданию этих плакатов студенты, живущие на Северо-западе России? Конечно же, по-западному. Изображать из себя японца - вот это было бы глупо и достойно насмешки. Суть «перекрёстного года» как раз в этом и заключается. Важен взгляд со стороны.


Тем не менее, утверждать, что японской культуре не свойственен тёмный фон - очередной стереотип. Как быть в таком случае с японскими лаковыми миниатюрами, выполненными в дзенской манере? Ими расписывались коробочки для письменных принадлежностей в XV-XVII веках. Кстати, больше всего они напоминают палехскую лаковую миниатюру и иконопись. Так что тёмные тона, которые выбрала для своего плаката, к примеру, староста третьего курса Яна Сумкина, вовсе не противоречат японской изобразительной традиции.


Яна Сумкина объяснила, как создавала плакаты. За основу одного из них взяла мангу, то есть японский комикс, корни которого уходят в XII век. Она поменяла цвета. Белый цвет стал чёрным и наоборот. Мы видим полный небоскрёбов ночной город, над которым плывёт гигантская светящаяся голубым светом рыба. Получилось причудливое соединение новейших технологий и живой природы.

***

В завершении надо сказать что-нибудь многозначительное, но короткое. И чтобы обязательно о зиме. Поэт Дзинситиро, более известный как Басё, сочинявший хокку, - самая подходящая фигура. «А ну скорее, друзья! // Пойдём по первому снегу бродить, // Пока не свалимся с ног».
Чем хорош первый снег? Тем, что за первым снегом в наших краях бывает второй, третий, четвёртый...

 15.

«ЖАЖДА ЧЕГО-ТО НОВОГО»
(«Городская среда», 2018 г.)

На выставке, посвящённой 60-летию художника Сергея Семёнова, юбиляр назвал свои картины письмами. В таком случае, интересно, кому они адресованы? Видит ли он перед собой «читателей» этих «писем»? Во всяком случае, он видит их, когда приходит на открытие своей очередной выставки  (зал регионального отделения Союза художников был переполнен, так что к некоторым работам было трудно приблизиться). Судя по разговорам посетителей, это не только письма, но и телеграммы, эсэмэски, а то и вообще какие-то зашифрованные послания./.../

16.

 «Я ЗАВЁЛ ЧЕМОДАНЧИК, БРАТЦЫ...»
(Псковская губерния», 2018 г.) 

Непредсказуемость и напор чувств могут пригодиться не только в театральном пространстве

«Я завёл чемоданчик, братцы.
Вещь. Заграница, ноздрю утри.
Застежки, ручки(чтоб, значит, браться),
а внутри...
А тут к тебе из чемодана: «Ало, ало!»
Владимир Маяковский, «Рассказ рабочего Павла Катушкина о приобретении одного чемодана».

60-летний юбилей псковский художник Сергей Семёнов отметил двумя персональными выставками - в выставочном зале регионального отделения Союза художников России и в театральной художественной галерее «Цех». В первом случае художник вошёл в зал в белой футболке. На спине была надпись-вопрос: «Вы художник?» . На груди была надпись-ответ: «Художник!!!» Это была цитата из «Двенадцати стульев», когда Остап Бендер и Киса Воробьянинов устраивались художниками на пароход. У Ильфа и Петрова сказано: «Толстяк подумал, что новый художник, при его самоуверенности, мог бы приложить больше стараний». И это уж точно не про Сергея Семёнова. О его трудолюбии в юбилейные дни вспоминали часто.

«Далёкие снега моего детства»

Даже если вы не дошли до второй выставки  под названием «Театр из чемодана» - в галерее «Цех», всё равно было понятно, что Сергей Семёнов - художник театральный. Вроде бы, сейчас он этим не занимается, предпочитая живопись. Но и в ней он всё равно окончательно с театром не порывает. Особенно это касается броских, с яркими фиолетовыми цветами, картин с вкраплениями мясисто-красного, ярко-жёлтого, игриво-розового...


А самое интересное, на мой взгляд, происходит тогда, когда художник становится сдержан. В ход идут оттенки молочного. Фиолет приглушается. Псков или какой-нибудь другой город становятся призрачными. Пейзаж то ли окунули в сгущённое молоко, то ли накинули на картину лёгкую тюль.
Деревья на полотнах, словно цветочные букеты. Мы видим псковские храмы, которые как будто водят хороводы. Во всяком случае, они не стоят на месте. Или вдруг возникает сказочная сценка, которая была бы уместна где-нибудь в театре кукол: беседа лошади и птицы (и «витающий в облаках» мужичок в телеге).


Пейзажи узнаваемые: Вознесенский мост в Петербурге, Псковский кремль, Казанский мост в Петербурге, Порхов, Севастополь, Венеция, Черногория... Узнаваемые, но художник их пропустил через себя, выдумал заново. Сымпровизировал на заданную тему. Не захотел повторяться. И в следующий раз сымпровизирует по-другому - в зависимости от настроения и обстоятельств. Не случайно же у него одна из самых заметных работ, представленных на юбилейной выставке, называется «Джаз». На ней музыканты увлечённо играют. Самый заметный на картине - похожий на укрощённого быка контрабас. Искусствовед назвал бы это экспрессионизмом.


«Какой джаз вам ближе?», - спросил я Сергея Семёнова, подразумевая бибоп, хард-боп, фри-джаз или что-то в этом духе. Но Сергей Семёнов, ничего не имеющий против джазовой музыки - особенно стиля фьюжн, в ответ, прежде всего, назвал альбом «Джаз» группы Queen и группу Jethro Tull.На альбоме «Джаз» есть сатирическая композиция Let Me Entertain You («Позволь мне тебя развлечь»), где  поётся: «Джазовая и сентиментальная музыка захватят вас...». Вот такая группа захвата. Непредсказуемость и напор чувств. Впрочем, jazz и razzmatazz, о которых поют Queen, это ещё и безумство с кутежом.


Живописные работы Сергея Семёнова сентиментальны в том смысле, что художник не подстраивается под действительность. Он её переживает, уносясь во времени и пространстве. Так возникают «Далёкие снега моего детства», «Яблочный спас» и многое другое.

«Жажда чего-то нового»

Андрей Веретин (председатель Попечительского совета Центра им. Волошина) на презентации в выставочном зале на улице Ленина, 1 сказал: «Попытки найти что-то новое, неожиданное для себя, для окружающих - оно у большинства из нас исчезает. У Сергея это всё юношеское. Какая-то жажда чего-то нового. Жажда познания плюс помноженная на зрелость, на опыт и профессионализм даёт очень интересный результат».


А если говорить о куклах и афишах, представленных в театральной галерее «Цех», то театральность там тем более «бьёт через край». Хотя изначально никакими куклами художник заниматься не собирался. В детстве смотрел кукольный спектакль один раз и впечатлён не был. Но обстоятельства занесли его в Псков, в театр кукол. «Для меня это, конечно, был тёмный лес, - вспоминает художник. - Я вообще не знал, что такое театр кукол... Но я в него быстро влюбился и втянулся».


Один из посетителей, оглядев развешанных по стенам галереи марионеток, неожиданно спросил: «Интересно, почему они такие злые?» Свой вопрос он Сергею Семёнову задать постеснялся, и пришлось этот вопрос задавать мне. Ответов у художника оказалось несколько. Первый: «Это были девяностые годы». Хотя немного позднее он с увлечением расскажет, как интересно было создавать в девяностые годы спектакли. Приходил в театр первым, уходил последним. В спектакле «Жизнь и смерть композитора М.» (о композиторе Мусоргском, где  композитора сыграл Алексей Маслов), Сергей Семёнов сыграл Виктора Гартмана.*


Тем не менее, театральная жизнь не оказалась долгой. «Я не нашёл своего режиссёра», - пояснил художник. Возможно, всему виной всё тот же экспрессионизм, стремление сделать по-своему, не так, как принято. Была даже попытка создать некий альтернативный театр кукол, для чего была найдена заброшенная кочегарка. Сергей Семёнов рассказал, как он полгода приводил будущее театральное пространство в порядок.  Было желание сделать две сцены. Предполагалось, что пока малыши смотрят детский спектакль, родители не скучают за дверью, а смотрят взрослый спектакль. Но тут вмешались чиновники... Замысел так и остался замыслом.


В этом смысле с картинами проще. Несравнимо больше свободы. Не надо подстраиваться и без конца объяснять, почему здесь фиолетовый цвет, а не, допустим, зелёный.


Когда готовилась выставка кукол в галерее «Цех», то оказалось, что она «тяжело даётся». На полтора месяца пришлось живопись забросить и возиться с куклами, вдыхать в них жизнь. Куклы требуют внимания. Они должны быть в форме. Они должны казаться живыми не только тогда, когда попадают в руки кукольника.


Вторая версия того, почему куклы «такие злые» была очевиднее: этого требовала пьеса. Какими ещё должны быть принц Лимон или сеньор Помидор? Был и третий ответ: «Добрые куклы я раздарил».


 Собственно, спектакли это тоже подарки. Одни - нужные, другие - нет. К одним спектаклям возвращаешься, о других забываешь. Постепенно в голове может сложиться спектакль о спектакле. У картин, обычно, другая судьба. Это не кадры из спектакля и не афиши. Они могут висеть на стене рядом с фотографиями и афишами, но у них иное предназначение и иное измерение.


В той самой композиции «Позволь мне тебя развлечь» из альбома «Джаз» группы Queen упоминаются «сундучок наслаждений» и «театральные подмостки». А выставка Сергея Семёнова в галерее «Цех», напомню, называется «Театр из чемодана».


Чемодан подразумевает путешествие. Оно продолжается.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий