Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Линия разрыва. ХXII

Тень всех живых(Продолжение. Начало в №№ 344-364). Ольга Васильевна вовсе не собиралась ни в какую гостиницу "Речник" приходить. Что ей там делать? Но нападение, совершенное накануне, не давало покоя. Болела голова, и в эту больную голову приходили мысли одна другой сомнительнее. Ладно бы это было ограбление. Все просто и ясно. Или власти затеяли провокацию. Тоже понять можно. Однако не их это почерк. Непонятная какая-то провокация. Тогда что?
               
В №№ 298- 323 публиковалась первая часть книги «Тень всех живых» (она называлась «Царская слобода»). С № 324 по 343 номер мы публиковали продолжение: «На левом боку». С № №344 публикуется третья часть - «Линия разрыва». «Тень всех живых», все её части, были написаны очень давно. Тогда я ещё преподавал историю и журналистикой не занимался. На гонорар от этой книги, полученной в одном московском издательстве, я купил свой первый компьютер, сканер и принтер. И продолжение, по просьбе издателей, писал уже не на печатной машинке, а на компьютере. Всё складывалось как нельзя лучше. Мне в издательстве показали обложку книги (она должна была выйти в двух вариантах - в твёрдом и мягком переплётах). Но потом всё резко изменилось. Издательство приостановило выпуск серии, в которой должен был выйти роман «Тень всех живых». Права на издание я уступил на два года, но когда стало понятно, что серия выходить не будет, издатель устно разрешил мне издавать роман там, гдё я пожелаю и даже прислал мне вёрстку книги. Но так получилось, что книга не издана до сих пор. Я занялся журналистикой, и тема «исторического детектива» меня уже мало интересовала. Эту книгу читали разве что некоторые мои коллеги по лицею и несколько близких мне людей. Кроме того, существует продолжение романа «Тень всех живых» (то самое, которое я написал по просьбе издательства. Называется - «Противоядие»). События этих двух романов разворачиваются с 1917 по 1941 годы. Предполагалось, что будет ещё и третий том, и действие этой пародийно-исторической эпопеи завершится в 1953 году. Но третьего тома уже точно не будет. Однако шесть частей, составляющие два романа, написаны. 1 часть - события накануне Октябрьской революции. 2 часть - Гражданская война, 1919 год. 3 часть - конец НЭПа, 1926 год. 4 часть - коллективизация. 5 часть - лето 1935 года, Ленинград. 6 часть - весна 1941 года (действие происходит на территории только что присоединённой Эстонии). Многое будет опубликовано в «Городской среде».

Автор.

 

ТЕНЬ ВСЕХ ЖИВЫХ

 

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ЛИНИЯ РАЗРЫВА (1926 ГОД)

 

22

 

                Ольга Васильевна вовсе не собиралась ни в какую гостиницу "Речник" приходить. Что ей там делать?

                Но нападение, совершенное накануне, не давало покоя. Болела голова, и в эту больную голову приходили мысли одна другой сомнительнее. Ладно бы это было ограбление. Все просто и ясно. Или власти затеяли провокацию. Тоже понять можно. Однако не их это почерк. Непонятная какая-то провокация. Тогда что?

                Ольга Васильевна, несмотря на то, что ей тяжело было нагибаться, еще раз проверила - не пропало ли что? Хотя чему было пропадать? Безделушки не в счет. Удостоверилась, что все на месте и окончательно запуталась. Может, это было предупреждение? Только о чем ее предупреждали? И, главное, кто? И тут она наткнулась на то, чего раньше в ее доме не было. Выходит, не украли, а подбросили.

                Вот тогда она и решила вновь обратиться к Лысуну, как бы это не было ей неприятно. Кстати, недавно он прошел мимо ее дома. И с кем? Со Скатовым.

                И все-таки Ольга Васильевна решилась отправиться следом. Не сиделось ей на месте. То, что ей подбросили - взяла с собой. Нет ничего более жалкого, чем одинокая троцкистка. Особенно, если эта троцкистка не настоящая.

 

                Странную картину застала Ольга Васильевна в гостинице. Швейцар, одетый в гимнастерку, отправил ее в номер "3", а там дверь была приоткрыта. Она заглянула внутрь и увидела Лысуна, уткнувшегося лицом в раскрытый чемодан. Рядом стоял интеллигентного вида человек с револьвером в руках. Ох уж эти русские интеллигенты. Всегда их недолюбливала.

                Скатова, который находился теперь слева возле шкафа, она первоначально не заметила.

                Интеллигент с пистолетом, увидев Ольгу Васильевну, с издевкой произнес:

                - А, явилась. Только вас мне и не хватало. Видно, не так сильно я вас тогда двинул. Ну что ж, наверно, черепушка у троцкистов крепкая... Проходите, чего встали?..

                В это время очнулся Лысун. Услыхал про "черепушку" и очнулся. Но подняться сразу был не в силах.

                Слова Семипалатинского произвели на Ольгу Васильевну небывалое впечатление. После последних стрессов каждый, даже малейший выпад в ее сторону, воспринимался в высшей степени болезненно. А тут этот хлипкий интеллигент. Ведет себя нагло. И вот так запросто признается

в нападении. Он что считает, что ему все можно? И Ольга Васильевна, недолго думая, схватила подвернувшийся стул и швырнула им в наглеца. И тут же получила пулю.

                Секундной заминки хватило Скатову, чтобы сделать два шага в сторону Семипалатинского. На третьем шаге они столкнулись. Если от летящего стула профессору удалось увернуться, то от Никиты Андреевича - нет, не те габариты.

                Жаль только, что Скатов никогда, даже в молодости, не славился умением вести ближний бой. Кулаками владел почти также, как и оружием, то есть на уровне среднестатистической домохозяйки. Да и не его это было дело - руками махать.

                Но тут выбора не было. Следующая пуля предназначалась ему.

                Никите Андреевичу удалось повалить Семипалатинского, и дальней­шие события происходили уже на полу.

                Это была, если наблюдать со стороны, какая-то малопривлекательна возня. Кроме двух сцепившихся тел здесь были еще: ножка стола, чьи-то носки, пакет, выроненный Семипалатинским и прочее...

                А Лысун тем временем уже поднимался на колени, одной рукой держась за голову, а другой цепляясь за стул. Но стул этот был опрокинут и все время ускользал.

В комнату заглянул испуганный швейцар - звук выстрела ему показался не очень уместным в это время суток. Заглянул, увидел лужу крови вокруг лежащей женщины, разбросанные вещи, дерущихся людей и, наверно подумал, что он здесь лишний.

 

Никите Андреевичу давно не было так худо. Сил не осталось больше бороться. Сердце подвело. С глазами творилось что-то неладное. Все куда-то расползалось и расплывалось. Он опасался, что вот-вот потеряет сознание. А такой потери, судя по всему, ему не пережить. Тем не менее, сдаваться не собирался. К соседу по номеру у него была устойчивая антипатия. Еще до того, как Семипалатинский проявил себя во всей красе. Этот ленинградский профессор храпел как какой-нибудь волжский бурлак. Находиться рядом с ним ночью - пытка, сравнимая разве что с поднятием на дыбу. Только за одно это стоило биться с Семипалатинским до смерти и победить.

Но до победы было далеко. Тот, кого до последнего именовали доктором биологических наук, одну науку усвоил точно - бить между глаз. Или он так пытался глаза выдавить?

Понимая, что долго ему не протянуть - глаз не хватит, Скатов, что называется - из последних сил рванулся в сторону, стремясь закатиться под стол.

Семипалатинский не слишком-то и упирался. Пускай катится - так в него удобнее стрелять. Если только - Лысун в себя окончательно не придет. Двое, нет - трое на одного - разве так можно? Обиженный Семипалатинский не стал тянуться за пистолетом Лысуна и решил воспользоваться своим. К чему лишние сложности? Из своего убивать привычнее. Поэтому Лысуну досталось служебное оружие. Причем, Архип выстрелил первым. Служба. И немедленно отключился.

Скатов выполз из-под стола, глотая ртом воздух.

При виде трех тел, лежащих в жутких позах на полу, Никите Андреевичу захотелось вернуться обратно под стол .Секундная слабость, Тем более, что Лысун уж точно нуждался в помощи.

Настало время швейцара. Когда почти все было кончено - он появился снова, задав вопрос:

- Нельзя ли потише?

- Можно,- ответил Скатов.

 

Продолжение следует

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий