Книжный архив. Фуэнтес

Фуэнтес(Продолжение. Начало в №№ 221-255, 258-265). Мы продолжаем вспоминать рубрику «Одна книга – два мнения», существовавшую в «Городской газете» в 2006 – 2009 годах. Каждые две недели в газете появлялись две рецензии двух авторов на одну книгу. Первую неделю книгу читал один человек, вторую неделю – другой. Потом они записывали свои впечатления, и всё версталось в одну колонку.

После книг Алексея Иванова, Евгения Гришковца, Виктора Пелевина, Захара Прилепина, Виктора Ерофеева, Бориса Акунина, Ильи Стогова, Дмитрия Быкова, Михаила Веллера, Сергея Минаева, Александра Гениса, Леонида Юзефовича, Андрея Куркова, Ильи Бояшова, Андрея Геласимова, Павла Санаева, Германа Садулаева, Дины Рубинной, Кати Метелицы, Дмитрия Коваленина, Сергея Кузнецова, Андрея Мухина, Эфраима Севелы, Андрея Остальского, Андрея Рубанова, Олега Зайончовского, Арсена Ревазова, Валерия Зеленогорского и Вуди Аллена вспоминаем книгу Карлоса Фуэнтеса.

Одна книга – два мнения

«Городская газета», № 30 (158), 24-30.07. 2007 г.

Фуэнтес К., Инстинкт Инес: / роман; пер. с исп. А. Берковой. – М.: АСТ: АСТ Москва: Транзиткнига, 2006. – 204, /4/ с.

I. Карлоса Фуэнтеса принято без стеснения называть «величайшим классиком мировой литературы». Когда его называют гением, тоже мало кто удивляется. Без гениев в литературе как-то скучно, тем более – в латиноамериканской.

В 2000 году Фуэнтес написал роман о музыке или, иными словами, о любви. Какая музыка без любви? Выдающийся дирижер, не менее выдающаяся оперная певица… Искра любви, бережно перенесенная через девять лет разлук. А потом ещё через двадцать лет, и ещё…

Первоначально кажется, что текст красив, но несколько искусственно выстроен. Чувства какие-то ненастоящие, образы – чересчур литературные. Впрочем, критический заряд стоит попридержать. А то получится как со Второй симфонией Бетховена. Её один известный венский критик когда-то заклеймил как «грубое животное, которое в ярости хлещет задранным хвостом, пока не наступает долгожданный finale…»

Фуэнтесу мало дирижера и певицы. И автор переносит нас сразу в самое начало, дальше некуда, прямо к Адаму и Еве. И здесь уж его язык оживляется. Налет искусственности временно испаряется. Котёл времени кипит и пенится.

Пожалуй, наиболее сильные страницы посвящены музыке Берлиоза, а ещё точнее – его «Фаусту». Музыка тянется от сотворения человечества к нашим дням. Она охватывает всё на свете. Она выше слов. У Фуэнтеса настоящая музыка лишена правил и привычных представлений. Это нечто необузданное, вырвавшееся из клетки и единственное в своем роде. Именно поэтому такую музыку нельзя записывать. Но зато под неё легко умирать. Умирать от счастья.

Главный герой у Фуэнтеса стремится отделить музыку от человека, сделать её максимально искусственной. Он призывает представить музыку как обратный ход времени, голос зари, без причины и следствия. В оперных голосах не должно быть узнаваемых чувств и страстей.

Не знаю как в музыке, но в прозе Карлоса Фуэнтеса узнаваемых чувств и страстей действительно немного.

Алексей ВЛАДИМИРОВ

II. Это как раз тот случай, когда проза незаметно переходит в поэзию, и суть этого перехода – миф. Ретроспектива взаимоотношений властителя театра, гениального дирижёра и обладательницы голоса, способного извлекать на свет Божий некие потаённые смыслы, история их драматического союза, питаемого сексуальностью и творческими амбициями, перерастает в вечный сюжет о судьбе мужчины и женщины. Только в данном случае этот бродячий сюжет одет в сияющий звуками наряд.

Память, которая ведёт дряхлого, на пороге смерти, Габриэля Атлан-Феррару по затейливым лабиринтам прошлого, подобна тому роману, который представил Карлос Фуэнтес: она прихотлива, изощрённа, избирательна, вся пронизана Музыкой великих композиторов, среди которых на первом месте – Берлиоз.

Искусство (и рефлексии о нём) – едва ли не самая главная тема, лейтмотив, на который нанизываются подробности столь богатый на внутренние события биографии.

Фон этой любовной саги соткан из войны, оккупации Франции, бомбёжек Лондона и проникновенных размышлений о партитурах. Так реалии истории сочетаются с переживаниями героев, откровенные постельные сцены перетекают в репетиции и концерты, личная драма становится вселенской трагедией.

Карлос Фуэнтес – версификатор повествования. В одном абзаце он виртуозно «рифмует» две или несколько точек зрения на один и тот же факт, мысль, чувство. Литературным (и шире – культурным) ассоциациями несть числа! Они прерывают рассказ, надстраиваются или залезают внутрь описаний, оплодотворяют сквозной замысел и даже замещают его. Автор не боится сложности стиля, подчас нарочито избыточной, демонстративной, не отказываясь и от точных и предельно ёмких наблюдений, под которыми подписался бы любой знаток жизни: «…женщины меняются скорее, чем мужчины, словно с целью компенсировать более раннюю половую зрелость, не только физическую, но и ментальную, интуитивную. Женщина значительно быстрее и больше узнаёт про жизнь, чем ленивый мужчина, который не торопится расстаться с детством».

Часто эти наблюдения обретают отточенную форму афоризмов: «На свете очень мало незрелых женщин и очень много детей, прикидывающихся мужчинами». А порой повествование в поток как бы самопорождающихся парадоксов, смысл которых ускользает  и шокирует одновременно.

«Инстинкт Инесс» - чтение для подлинных гурманов.

 

 

Боря БУГАЕВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий